По дороге домой Саша зашла навестить лейтенанта Пизани. На сей раз он не хмурился и не показывал всем видом, как сильно не рад Александре.
— А что будет с прорицателем Орацио? Его же обвинят в ограничении свободы племянницы?
— Боюсь, что нет. Свидетельства двух женщин, одна из которых психически нездорова, а вторая стала соучастницей убийства, суд вряд ли примет во внимание. Любой хороший адвокат разобьет их показания в пух и прах. Но у нас есть другой вопрос к синьору Бедин. Дело в том, что… его не существует.
— В каком смысле?
— Орацио Бедин умер шестьдесят лет назад в десятилетнем возрасте. Биометрия пришла в нашу жизнь не так давно, так что лет сорок назад кто-то удачно воспользовался метрикой умершего и получил паспорт. У нас есть его отпечатки пальцев, но установить, кому они принадлежат на самом деле, мы не можем: в базе нет совпадений.
— А что говорит сам прорицатель? Как-то объясняет?
— Он исчез. У нас нет оснований для его задержания, но мы сообщили во все соответствующие инстанции, что паспорт фальшивый.
— Но ведь есть банковские карты, он же на что-то жил!
— Вчера Орацио Бедин снял все деньги со своего счета. Там лежала немалая сумма.
— А что он говорил по поводу племянницы?
— Говорил, что хотел оградить ее от опасностей этого сумасшедшего мира. А получилось, что…
— Что опасной для мира стала она, — закончила фразу Саша. — А сестра? Если он не настоящий Орацио Бедин, то как у него может быть настоящая сестра?
— Мы нашли свидетельство о смерти Авроры Каррутти. Но сами понимаете, что после смерти ее паспорт уничтожили и мы не сможем установить, была ли она, как вы выразились, «настоящей».
— А если запросить сведения о рождении, прочие документы?
— Кто позволит тратить на это средства? Она не имеет никакого отношения к сегодняшним преступлениям. Убийца задержана.
— Она ведь может быть не племянницей, а дочерью!
— Боюсь, этого мы уже не узнаем. Кстати, прежде чем снять деньги со счета прорицатель купил дом на юге и записал его на имя Теи, он передал все документы нотариусу, который будет следить за судьбой девушки. Если однажды Тея выйдет из лечебницы, ее будет ждать дом на море.
— Надо же… значит он действительно заботился о ней.
— Но ненавидел всех остальных. Он выел нам мозг своими разглагольствованиями, что города не существует, от него остались лишь камни, за которыми ничего нет. Поэтому он, дескать, и спасал племянницу от мерзостей этого мира.
— Ну, так думают многие. Погодите… как он сказал? Прямо такими словами?
Саша прекрасно помнила слова приора, занесенные в протоколы, правда, переданные свидетелями, ведь приора так и не сумели отыскать и допросить. Его дело рассматривали инквизиторы и вынесли приговор, девушка хорошо это знала, она писала свою работу о судебной системе Венеции на основании старинного дела о трех убийствах. А если… Холод поднялся откуда-то изнутри, даже руки замерзли, хотя в помещении было тепло.
— Когда вы в последний раз видели прорицателя?
— Я говорил с ним вчера, но вторую часть денег он снял сегодня утром, сразу после открытия банка.
Саша попросила у карабинера листок бумаги, написала на нем три адреса.
— Днем, опасаясь прохожих, он не решится там появиться, будет ждать ночи. Значит, он еще в городе. Он может появиться по этим двум адресам.
— Но здесь только улицы и мост. Что это за адреса?
— Я не могу объяснить… просто догадка, что-то услышала там, в его доме… Он может там появиться.
— Странные адреса… Нет, улицу любви между друзьями я знаю, она короткая. А мост? Где он должен появиться — на мосту?
Саша смущенно молчала. Действительно, зря она передала адреса карабинеру.
А тот что-то вбивал в компьютер, пожимал плечами, потом поднял голову:
— Третьего адреса вообще не существует! Такой улицы в Венеции нет!
Девушка развела руками.
— Забудьте.
***
Выйдя со станции карабинеров, Саша направилась в университет. Хоть бы профессор Барлетти был на месте!
Ей повезло, она застала профессора в кабинете. Пожилой преподаватель встретил ее с улыбкой.
— Я как раз вспоминал вас, юная леди. Вы интересовались догарессой Паолиной, и я вспомнил… вот, записал для вас адрес. Это в гетто, маленькая антикварная лавочка. Ее хозяин, Флàвио Корнѐр, мой хороший друг. У него есть две монеты… не на продажу, в личной коллекции. Монеты с портретами дожа Карло Контарина и его догарессы. Это единственное изображение Паолины, если не считать бюста на Сан Видаль, но там вы толком ничего не разглядите. Зайдите, он вас ждет. Скажите, вас прислал Массимилиано.
— Grazie, professore… Скажите… вы слышали венецианскую легенду о трех тайных дверях, ведущих в другие миры?
Профессор рассмеялся, встал, нашел на полке книгу.
Девушка взглянула на обложку: Хьюго Пратт. Корто Мальтезе. «Fable of Venice». Графический роман на английском языке.
Он перелистал книгу, остановился на одной из страниц и прочитал вслух:
