Зверь отпрянул. Но не сдался. Буквально через несколько секунд он снова просунул голову в проём, но теперь он вертел ею, чтобы мне было сложнее попасть в уязвимое место. Не таким уж он был глупым, как могло показаться.
Но я сдаваться тоже не собирался и ударил снова. Язык огня зацепил щеку зверя, снова раздалось шипение прижигаемой кожи, а в обожжённую ноздрю вонзилась стрела. Шептокрыл резко отдёрнул голову, снова взревел, но в этот раз отступать не стал. Вместо этого он дёрнулся вперёд и лишь чудом не прошёл в проём — не до конца прижал крылья к телу.
Следующий удар я нанёс мечом, но толку было ещё меньше — по ноздрям не попал, а кожа на морде оказалась достаточно твёрдой, и ящер отделался по большому счёту царапиной. Стрелу, вонзившуюся ему в нижнее, он, похоже, вообще не заметил. И снова подался всем телом вперёд. И неплохо продвинулся. Казалось, ещё два-три таких рывка, и зверь окажется с нашей стороны проёма.
— Уходи! — крикнул я Ясне. — Уводи Добрана как можно дальше! Ищите укрытия, пока есть время!
— Я тебя не оставлю, — совершенно спокойно ответила юная княгиня, выпуская очередную стрелу.
Та вонзилась в самый кончик носа шептокрыла. Ящер недовольно замотал головой и задрал морду, словно пытался спрятать нос. Я решил использовать этот момент — сделал резкий выпад и ткнул факелом зверю под челюсть, в мягкую складку, надеясь, что шкура там тоньше, и ожог будет чувствительнее.
Похоже, я угадал: ящер немного отпрянул, снова дико зарычал и уставился на меня уже не как на пищу, пытающуюся дать отпор, а как на врага. Ну или мне так показалось. И что самое печальное, после всех этих прижиганий морды ящера факелом страха в его глазах я не увидел — только упрямство и ярость. Шептокрыл тряхнул головой и снова попёр на меня, издавая при этом какой-то совсем уже дикий рёв. Для этого ему пришлось не просто открыть пасть, а буквально раззявить её по полной.
Теперь я мог хорошо разглядеть нёбо ящера, часть его глотки, его огромные острые зубы и стекающую с них слюну. И ещё я мог воспользоваться ситуацией и решить исход противостояния одним ударом. Точнее, одним броском. Да, риск был немалый, ведь я гарантированно терял факел, но при удачном броске, это должно было окупиться. Да и выбора особо не было: других вариантов остановить шептокрыла я не видел, а он упорно пробирался сквозь проём.
Поэтому я особо и не раздумывал, перехватил факел — взял его как копьё и со всей силы метнул его в пасть чудищу, стараясь попасть не в нёбо, а в горло. Полутораметровая палка с горящим наконечником ушла в пасть более чем наполовину — пламени даже видно не было. Теперь пещера освещалась лишь факелом Добрана, который так никуда и не ушёл, а всё время стоял неподалёку, держа Желтка.
Шептокрыл тут же завертел головой, из его горла вырвался клокочущий хрип. Ящер заскрёб когтями по полу пещеры и резко дёрнулся, пытаясь взмахнуть крыльями — забыв, что те зажаты узким проёмом. Похоже, он наконец-то по-настоящему испугался. Начал пятиться и отступил.
Буквально через несколько секунд проём был пуст, а за ним бесновался ящер, пытаясь избавиться от застрявшего в горле факела. До нас доносились тяжёлые, глухие удары массивного тела о камни, хлопанье крыльев, скрежет когтей и жуткий, сиплый, булькающий хрип.
Пещера гудела и сотрясалась. В какой-то момент что-то с треском рухнуло — возможно, не выдержал ударов и упал один из тех валунов, что держались под потолком. Нам оставалось лишь представлять, что там происходило. Заглядывать в проём, чтобы посмотреть, совершенно не хотелось.
Длилось это всё примерно минуту, после чего на мгновение наступила тишина, а затем мы услышали дикий рёв. Похоже, шептокрылу уже ничего не мешало — он избавился от палки в горле. Почти сразу же рёв сменился рычанием, к нему добавилось хлопанье крыльев, скрежет когтей о камни, а потом всё стихло. Ящер добрался до главного выхода из пещеры и покинул её.
— Он улетел, — произнесла Ясна, облегчённо выдохнув.
— И, надеюсь, не обещал вернуться, — сказал я, вспомнив известную в моём мире фразу из прекрасного мультфильма.
— Он улетел! — радостно повторила Крепинская княгиня.
Она бросилась ко мне и обняла так, что у меня аж суставы захрустели. Впрочем, особо меня это не удивило — чтобы стрелять из лука, нужны сильные руки, а стреляла эта девчонка хорошо. Ясна прижалась ко мне так крепко, что я чувствовал, как учащённо бьётся её сердце.
— Ты прогнал его, Владимир! — взволнованно проговорила она. — Мы живы!
— Живы, — согласился я. — Повезло.
— Не повезло, а ты его прогнал! — поправила меня Ясна.
— Не думаю, что я смог бы его прогнать, будь этот проход чуть шире. Дай мне факел!
Последняя фраза предназначалась Добрану. Мальчишка тут же подошёл и протянул мне горящую палку. Я взял её и шагнул в проход. Надо было осмотреть ту часть пещеры, где шептокрыл избавился от факела, застрявшего у него в горле — не стоило бросать такую ценную вещь.
