Утро пришло максимально неожиданно. Просто в какой-то момент я понял, что мне пора уходить. И Шая, заметив мое выражение лица, сразу «протрезвела». Её мечтательная улыбка резка сменилась острой озабоченностью и томительным беспокойством.
— К чему такое выражение лица? — Я не мог не прокомментировать. — Будешь так хмуриться, морщины появятся.
— Не могу поверить, что уже все… — но девушка как будто ничего не слышала.
— Шая, — я строго позвал её по имени.
— А? — она потерянным, расфокусированным взглядом посмотрела на меня.
— Я клянусь тебе, что все обязательно получится. Ты мне веришь? — мой голос был твердым и максимально уверенным.
— Ты никогда раньше так не говорил, — в её ответе послышалась робкая надежда.
— А я и никогда не был так уверен в успехе как сейчас, — мягко улыбнувшись, я подошел к ней и поцеловал её в губы.
— Тогда я… буду ждать тебя здесь, — девушка приняла внезапное решение.
Раньше мы уже не раз это обсуждали. И Шая всегда высказывалась однозначно. Во время ритуала она останется снаружи. И разделит судьбу Юго-Восточного Бастиона, какой бы она ни была.
И я знал, что перемены в её решении были вызваны вовсе не трусостью. Просто её вера в мои силы только что достигла нового уровня.
— Я скоро вернусь, — помахав на прощание, я переместился в город и бодрым шагом направился к барьеру центрального района.
Путь к злополучной башне занял совсем не много времени. И когда я добрался до нужной точки, в моем сердце больше не осталось места для сомнений.
История старого Бастиона сегодня заканчивалась. А мне пора было возвращаться в Восточное Королевство.
Это было странно, но, когда все началось, я совсем не волновался.
Каждый этап ритуала был тщательно отрепетирован. Мы подготовились настолько, насколько это было возможно. И пусть, все не идеально, пусть моих сил для такого масштабного заклинания заметно недоставало, я знал, что лучшего момента для действий нам уже не подобрать.
Где-то внизу, Город дожидался моего решения. И я уже даже не удивлялся, что начал воспринимать его как нечто живое и осознанное.
И нет, эта форма жизни не была похожа на человека или животное. Эта осмысленность была чем-то особенным, чем-то огромным, бесформенным и как оказалось, очень даже эмоциональным.
Старый лес наполнен жизнью. У океана — свой неповторимый характер. Воля горного хребта удивляет и поражает в самое сердце. А людской город — самый непредсказуемый псевдоразум из существующих.
Я еще не вернулся назад, но уже отчетливо понимал, что моё восприятие окружающего мира навсегда изменилось. Неужели так себя чувствовали все, кто прошел Вознесение? И это при том, что я еще не добрался до конца этой дороги. Что со мной произойдет, когда слово «Ложный» в моем статусе исчезнет?
Вопрос человечности и самоопределения меня беспокоил. Но сейчас для этого было неподходящее время.
Чтобы выжить в новой форме, Город готовился умереть.
Честно говоря, от этих чужеродных и очень своеобразных мыслей у меня кружилась голова. Но я не мог отвлекаться. Я был тонкой соломинкой, через которую наивный экспериментатор пытался перекачать целое озеро.
Городской резервуар маны был наполнен до краев, и я пытался каждую каплю силы использовать по назначению. Это было тяжело, почти невозможно, но каким-то чудом мне удавалось продолжать.
Зеркало Души в моих руках на этот раз не просто протянуло тысячи нитей к жителям города. Сейчас его сила охватывала каждый камешек, каждую трещинку, каждый энергетический след городского формирования.
Скопировать формацию было главной задачей. Ведь не будет её, не выживут и люди. Но и монструозная магическая схема не могла существовать сама по себе. Она была привязана к зданиям, к расположению улиц, к сложным подземным образованиям и энергетическим накопителям. Поэтому я не мог провести частичное копирование выбрав только самое главное. Чтобы все сработало, отражение должно было быть совершенным.
Я безучастно наблюдал, как небо над Юго-Восточным Бастионом превращается в гигантское зеркало. Но у меня не было сил отреагировать на это величественное зрелище. Прямо сейчас, все что у меня было я бросил на то, чтобы удержать сложнейший ритуал в своих руках.
Зеркало, словно голодавшая тысячу лет гигантская пиявка вытягивала из меня бездну энергии. Я же в свою очередь, что было мочи тянул её из главного резервуара. От сумасшедшего темпа мои духовные каналы едва ли не разрывались от перенапряжения. Похоже, что, если я и выживу, то восстановительный процесс займет немало времени.
Зеркальная копия в небе обретала все больше деталей. Сначала отраженный город был лишь грубым черновым наброском, но чем больше времени проходило, тем реалистичнее становилась картинка над головой.
