— Я говорил, что тебе нужно сконцентрироваться на защите. Но ведь и защиты, совсем без атаки не бывает. И как ты помнишь, речь шла о развитии тела с помощью магии, а не навыках фехтования или владения посохом, — пока они болтали, Дорен наблюдал за её движениями, иногда поправляя и указывая на ошибки.
— Я надеюсь, до фехтования дело не дойдет, — Эрин пробормотала сама себе.
— Хм? Думаешь, одного посоха достаточно? — Дорен выгнул бровь.
— Но ведь у меня будет еще и магия. Даже сейчас, мой защитный барьер становится все лучше, — девушка запротестовала.
— Этого недостаточно. Я тебе больше скажу, если бы не твоя паническая боязнь ближних дистанций, за посох мы бы взялись еще совсем не скоро, — Когда дело касалось тренировок, парень не проявлял мягкости. По его опыту, лишняя тренировка сегодня, могла спасти жизнь завтра. Уж слишком часто раньше он проигрывал схватку, когда ему не хватало совсем чуть-чуть.
— И чем бы мы тогда занимались?
— Рукопашный бой конечно же. Уж поверь на слово, во многих ситуациях он даже полезнее магии.
— Я верю, — Эрин хмуро кивнула. Конечно, на самом деле, она, сжав зубы, даже согласилась бы и на эту самую боль от тысячи иголок, если бы Дорен сказал, что это необходимо. Но все же, её характер не мог поменяться в одночасье, и от страха перед сильной физической болью невозможно было избавиться так быстро.
— Во всяком случае, ты уже хотя бы перестала глаза закрывать при каждом ударе, — Дорен её немного подбодрил.
— Да этим вообще нельзя гордиться! — она с досадой, сделала посохом резкий выпад вперед.
— Нога чуть дальше. Так, спина ровнее, — парень продолжал её инструктировать.
После физических упражнений, шли тренировки с маной. И тут прогресс девочки был более заметен. После ряда небольших проверок, Дорен удостоверился, что её развитие идет по плану.
— Брат, а у меня есть какой-нибудь талант?
— Хм?
— Ну… — девочка замялась, — я понимаю, что у меня нет никакой родословной, но ведь талант может быть и без неё? — она посмотрела на парня с надеждой.
— У тебя есть явный талант болтать не по теме во время занятий. А насчет всего остального, сейчас я не могу тебе ничего сказать, — особо не раздумывая, Дорен рассудительно ответил. — Видишь ли, многие вообще неправильно понимают, что такое талант в мистических искусствах.
— То есть?
— Допустим, прямо сейчас я дал бы тебе на изучение двадцать стихийных заклинаний, десять в области льда, и десять в области огня. И предположим, что огненные заклинания ты освоила бы заметно быстрее. Что это значит?
— Что у меня талант в огненных заклинаниях? — девушка выбрала, казавшийся наиболее очевидным ответ.
— А вот и нет. Еще варианты?
— Эээ, это значит, что у меня талант в ледяных заклинаниях?
— Тьфу, отвечаешь, лишь бы ляпнуть что-нибудь? — он посмотрел на Эрин с презрением, и та сразу же покраснела. — Ничего это не значит, балда. У каждого мистика есть своя предрасположенность к одному из элементов. Но предрасположенность вовсе не равна таланту. Вот только многие так называемые «учителя», заметив этот незначительный прогресс, стали бы пичкать тебя только огненными заклятиями, хотя нет никакой гарантии, что ты на этом поприще добьешься успеха. Немало потенциальных гениев теряет свой шанс из-за неправильного обучения.
— Хм, — девушка серьезно задумалась. — Но как тогда на самом деле определить талант?
— Это не просто. Если нет явной родословной, лучше всего в первую очередь укреплять основы. Есть некоторые упражнения, и когда ты будешь готова сжимать ману во второй раз, до четырехкратного сжатия, с помощью них, можно действительно определить есть ли у тебя действительно какой-нибудь явный талант к одной из школ магии.
— О. Значит это еще совсем нескоро…
— Не вешай нос. Поначалу нет никакой разницы, какой арсенал ты будешь использовать. В мистических искусствах важна не скорость на старте, а твоя конечная точка. И что с того, что кто-то на низких уровнях будет продвигаться быстрее чем ты? Если ты будешь прикладывать столько же усилий, как и сейчас, я гарантирую, что, в итоге, ты обойдешь всех своих потенциальных конкурентов.
— Брат всегда знает, что следует сказать, — девушка просияла.
— Да, это та работа, о которой я всегда мечтал, мотивировать всякую зелень, — Дорен хмыкнул.
— Я вовсе не зелень! Я уже взрослая, забыл? Мне шестнадцать, — гордо приподняв подбородок, Эрин торжественно посмотрела на юношу.
— О? Значит теперь я все-таки могу перестать тебя баловать? — легкая улыбка возникла на лице парня.
— С другой стороны, брат рассказывал, что в некоторых мирах взрослым считают аж с восемнадцати лет. Так что мне еще рано возмущаться, — она тут же беззастенчиво сменила пластинку.
Дорен на это мог лишь закатить глаза.
