— Гэвин, точно! Беднягу нашли в Тассоке сегодня утром. Думается мне, плюхнулся он в речку прошлой ночью. Не умел он плавать, но наслаждаться жизнью, отдыхая прямо на бережке — как наклюкается — это он запросто. Взгляд Сио внезапно стал острым. Безо всяких колебаний, она задала очередной вопрос выпивохе:
— А Гэвин получил запрос Уильямса, на поиск преступника Ланевуса?
— Естественно! Мы все его получили… Да это уже и не так важно. А ведь работенка «не бей лежачего» была — знай себе, ходи да листовки в морды прохожим тыкай. Эх, Уильямс… А ведь он пообещал три дня не давать мне просохнуть, если я чего нарою! А теперь бедолагу по кусочкам не собрать. Вот почему я твердил свою домовладельцу, чтобы он газ не проводил! Эх… Да и это уже не важно. Теперь-то я себе только дешевый мотель позволить могу… — бубнил, казалось самому себе, не спешащий трезветь Зион.
— За какую территорию отвечает… Отвечал Гэвин? Он тебе что-нибудь рассказывал? Сио сконцентрировала свой пронзительный взгляд на забулдыге.
— Он обычно в доки хаживал, те, что на Восточном Балам-Доке. Мы там даже вечерком встретились как-то… Он еще сказал, что идет в таверну «Профсоюз», чтобы тамошним поведать о Ланевусе и о том, что его ищут, — прерываясь на икоту, пытался вспомнить Зион.
В Баклунде было много доков, большинство из которых считались прилегающими складами или док-станциями и обозначалось как «верфи».
— Что потом? Он не говорил, что собирался делать дальше? — снова вопросила Сио, которая уже с некоторым сомнением хмурилась в сторону.
— Нажраться, конечно же! Он собирался хорошенько так выпить, ну, а потом найти ночлежку. Ему, наверное, стало жарко от выпитого, и он решил охладиться в реке… Настолько сильно, что совсем позабыл о своем неумении плавать… А ведь на носу зима! — Зион снова вздохнул.
Значит, Гэвин ничего не выяснил. Он отправился в «Профсоюз», в Восточном Балам-Доке и раздавал там листовки, наверняка горланя, что хочет найти Ланевуса, но в итоге нашел лишь свою смерть. Он даже Уильямса утянул за собой… Убийца не радикален, он безумен…
Будь я на месте Ланевуса, для меня было бы простым и логичным вариантом — залечь на дно и не высовываться. Если только… Я бы не была замешана во что-то предельно важное, и уехать, скрывшись, не представлялось бы возможным ближайшее время… Но ведь я не единственная кто его искал! Охотников за головами очень много. Уильямса он ‘убил, но сможет ли он устранить вообще всех охочих до наживы наемников? Будь у него такая возможность, он бы убивал всех, даже тех, кто просто распространял листовки о розыске по Сивеллаус-Ярду!
Сио была совершенно сбита с толку эти раскладом. Ей казалось, что ничего запутанней, чем смерть Уильямса, уже не будет, по крайней мере связанного с этим делом точно. Она ошибалась.
Так или иначе, она решила сначала доложить о случившемся Мисс Одри, а затем, снова замаскировавшись, отправиться в таверну «Профсоюз». Она не хотела повторять ошибку Гэвина, а лишь просто понаблюдать, нет ли там чего подозрительного.
Район Шервуд. Полицейский участок Райса. И снова Клейн очутился на скамейке с откидной спинкой, в окружении воров и пьяниц.
Невезуха… Подумать только, я почти успел свернуть с улицы. А все из-за этого треклятого маньяка!
Пока Клейн проклинал конкретного, ну или почти, конкретного человека, он думал, как бы ему скрыть свои амулеты и порошок, которые не поддавались какому-либо разъяснению.
Он пытался втиснуть свои принадлежности в черные перчатки, а затем дождаться возможности, чтобы припрятать их в укромном местечке, внутри полицейского участка. Потом он бы их забрал.
Внезапно Клейн воссиял, завидев, с обратной стороны решетки, молодого адвоката Юргена Купера, с аккуратно зачесанными назад волосами. Он был одет так, словно собирался на какой-то светский прием, и, между делом, решил заскочить в этот рассадник преступности, дабы вызволить старого знакомца на свободу. Купер подошел ближе, его сопровождал констебль.
— Вы свободны. Подпишите, пожалуйста, здесь, — сказал Юрген, со своим обычным, серьезным выражением лица.
— Так просто? — Удивленно спросил Клейн.
Юрген слегка кивнул.
— Да, здешние о вас в курсе, что вы известный детектив. Тогда в чем дело?
Клейн не решился расспрашивать своего спасителя. Он немедленно встал и последовал за Юргеном, который изрядно выделялся, среди местного контингента, в своем черном твидовом пальто.
Погода была совсем иной, нежели в прошлый раз, когда Юрген выводил Клейна, из этого же полицейского участка. Дождя не было, лишь густые облака нежно укрывали алую луну и звезды. Улицы были неизменно усеяны газовыми фонарями.
— Премного благодарен! Простите, что вновь вас потревожил! — Клейн подошел ближе к Юргену.
— Ну что вы, это ведь моя работа, — склонив голову и с улыбкой отмахнулся Юрген, — с вас два фунта.
— … — Клейн тут же переменился в лице и ответил схожей улыбкой, — хорошо. Он вытащил из своего, ныне сильно раздутого, бумажника две однофунтовые купюры. Без тени скромности, Юрген выхватил плату и сказал:
