— Гляньте, это его бархатное одеяльце, — заохала какая-то женщина, — а это его золотой кубок, из которого он, наверное, пил вино…
— А здесь находится туалет, которым пользовался гений инженерной мысли, первый туалет в современном его понимании, — приподняв подбородок и распахнув пошире глаза, объявила женщина-гид.
…
Даже туалет, в который он ходил по нужде, выставился на всеобщее обозрение?
Клейн вдруг испытал некоторую общность с Розелем.
Затем он осмотрел навороченный унитаз, с системой смыва и обнаружил, что тот пошло мерцал и переливался золотом. Казалось, он сплошь и полностью был, то ли облеплен позолотой, то ли вовсе был из золота слит, а где-то сбоку и вовсе был выгравирован величественный орнамент.
Как… Своеобразно…
Клейн больше не чувствовал никакой общности с императором.
Отойдя от туалета, закрытого под стеклом, экскурсия продвинулась к повседневной одежде бывшего правителя. Были представлены рубашки со складками на воротнике и манжетах и многие другие.
Женщина-гид не скрывала приятия к форме одежды и интисской культуре ее ношения.
Далее по залу был представлен ряд важных документов, изданных Розелем, включая гражданский кодекс и прочие, чрезвычайно ценные исторические реликвии.
Тут гид остановилась и указала на витрину.
— А здесь лежит один из личных дневников императора. К сожалению, все записанное в нем — зашифровано. Множество историков и археологов полагают, что этот дневник таит в себе множество секретов Розеля. Я, будучи романтиком, считаю, что эти символы — это шифр, который Император Розель разработал лично, для общения со своей любимой женщиной. Как жалко, что они так и не смогли по-настоящему быть вместе.
С таким воображением вам бы романы писать, а не экскурсии водить…
Клейн чуть-чуть ухмыльнулся. Затем его глаза обратились к самому дневнику, что был распахнут, примерно, вначале. Присмотревшись, стало очевидно — написан дневник был на упрощенном китайском, с которым Клейн был очень даже хорошо знаком.
«6 марта. Черт возьми, у меня уже запор от здешней еды!»
«17 марта. Неужели дамочки в Интисе настолько распутны? Я так и не понял — я к ней приставал, или она ко мне подкатывала… Странно все это».
«22 марта. Пришла пора выбрать себе веру. С одной стороны — Церковь Вечного Пылающего Солнца, а с другой Церковь Мастерства.
Выбор очевиден. Хвала тебе, Бог всех машин! Однажды я переименую Церковь Мастерства во что-то более лаконичное».
Действительно, как романтично… Запор у него… Должно быть, это первые его дневниковые записи… Вряд ли они хранят в себе что-то ценное… Его почерк уродливее моего…
Клейн, цокая отвел взгляд.
Конечно, он увидел лишь пару страниц и доподлинно не знал, что там было еще.
Интересно, какие здесь меры безопасности? Как бы мне пробраться сюда и полистать этот дневничок…
Клейн огляделся и увидел кучу охраны.
Вполне вероятно, что среди них есть Потусторонние из Церкви Бога Пара и Машин…
Пробормотал себе под нос Клейн и, смешавшись с толпой, последовал за гидом.
Дальше следовал зал с названием «Кроткий Розель».
— Это первое любовное письмо Императора Розеля. А здесь его первое любовное стихотворение «Когда ты состаришься»(1), — женщина-экскурсовод смотрела на рукопись мокрыми глазами.
Надо же, а Йейтс и тут приуспел…
— Здесь лежит его самодельный браслет. Тут, только взгляните, оригинальная рукопись его романа, — с придыханием и некоторым обожанием произнесла экскурсоводша.
— …
Клейн впился выпученными глазами в артефакты прошлого.
Все же, хорошо верилось в ремесленный гений Императора Розеля, но это уже было слишком.
— Это образовательный учебник, созданный лично Розелем, чтобы учить своих детей. К каждой странице присвоена соответствующая иллюстрация… А эта развивающая мышление игра, похожая на интисские шахматы, хоть и не сыскавшая популярности… Здесь лежат «собирательные» кубки, которые также были изобретены императором.
Да это же сянци(2)… И да, кажется, Лего пришли к вам с иском, за нарушение авторских прав! Клейн мог только молча удивляться предприимчивости и наглости виновника сего торжества.
Как тут ему на глаза попалась подозрительная женщина, ростом, примерно, метр-семьдесят.
У дамы были каштановые волосы, спадавшие аж до талии, что подчеркивали ее прекрасно сложенную фигуру.
На ней было кружевное платье, сквозь которое так и пробивались флюиды юной девы. На голове же была черная шляпка, с фасоном давно вышедшим из моды. Ее лицо скрывалось за черной сетчатой вуалью.
Юная особа стояла прямо перед витриной и долго рассматривала предметы внутри.
Даже когда Клейн и остальные последовали за гидом, в следующий выставочный зал — девушка в черном стояла как вкопанная.
Пройдя немного вперед, женщина-гид объявила:
— Следующее, что вы увидите — это восстановленный кабинет Императора Розеля. Конечно, полностью все восстановить не удалось…
Пока гид вела свою программу, Клейн и прочие вошли вперед.
