— Да, Ваше Высочество, — торжественно изрек дворецкий и достал пачку банкнот, по всей видимости, приготовленную заранее.
100 фунтов? — Вновь прочувствовал Клейн всю щедрость принца Эдессака.
— Я сделаю все, что в моих силах, — вымолвил детектив и не посчитав деньги, сложил их себе в карман.
— Я надеюсь, что мы сможем упокоить душу Талима, — сказал принц и сжатой в кулак рукой постучал себя в грудь.
Он отвернулся от Клейна, обратив свой взор на Королевской кладбище находившиеся неподалеку.
Несмотря ни на что, его дружба с Талимом все такая же крепкая… — вздохнул Клейн и вышел из кареты.
Район Императрицы, в роскошном имении графа Холла.
Одри мимолетно взглянула на своего преподавателя психологии и понизив голос произнесла:
— Мисс Эскаланте, я недавно была на новом собрании Потусторонних и некие люди изъявили острое желание заполучить Потустороннюю Черту Человекоподобной тени и формулу зелья Благословленного Ветром… Они предлагали очень большие деньги. Я правильно понимаю, что эти вещи присущи средней последовательности? Очень интересно… Кстати, как вы считаете, заинтересует ли такая сделка Алхимиков Психологии?
Оселека невольно вздрогнула и задумавшись на секунду, ответила:
— Я поспрашиваю, когда вернусь.
— Хорошо, — бегло ответила Одри, словно ничуть незаинтересованная в своих же словах.
— Мисс Одри, — серьезным тоном обратилась Оселека к своей ученице, — несмотря на вашу последовательность, вы так и не получили формального мистического образования. Вы все еще недостаточно хорошо разбираетесь в техниках применения сил Зрителя и Телепата, а также малограмотны в фундаментальных теориях. Начиная с сегодняшнего дня, я буду нацелена на то, чтобы вы как можно скорее стали истинной Потусторонней.
— Я только этого и желаю, — искренне отозвалась Одри.
Огромный золотистый ретривер по имени Сьюзи, все это время сидевшая у ее ног, радостно завиляла хвостиком, словно радуясь за свою хозяйку.
Решив отдохнуть, Клейн арендовал экипаж и двинулся обратно на Минек-Стрит, 15.
Открыв дверь своего дома, он уже собирался снять с себя шляпу, но вдруг замер.
Его Духовная Интуиция просигнализировала ему, что в его гостиной бывал незнакомец. Кто-то находился в его комнате!
Это же… Я же был так аккуратен… Может быть, меня хотят о чем-то предупредить или спугнуть от расследования? — Стоя в коридоре размышлял Клейн.
Он, недолго думая, развернулся к еще не уехавшему экипажу и приказал кучеру езжать к Собору Пара.
Собор возвышался над дымовыми трубами и часовой башней. Все это великолепие олицетворяло собой силу пара и промышленности, а исправно работавшие часы — незыблемую красоту и могущество человеческого ума.
Для Собора Пара не существовало ни выходных, ни обеденных перерывов, посему в зале постоянно находились прихожане.
Клейн сел в проходе, оперся на трость, снял шляпу и в течении десяти минут притворялся, что молился Богу Пара и Машин.
Затем он собрал свои вещи и пошел по проходу к алтарю. Он обратился к епископу, стоявшему неподалеку:
— Я хочу исповедаться.
Епископ, обладавший невероятно добрым лицом, подошел к исповедальне, а Клейн смиренно последовал за ним.
Детектив сел на простенький табурет и обратился к священнослужителю через деревянную решетку:
— Я каюсь, ибо отрекся от своих принципов. Когда настал час опасности, я не осмелился идти дальше и испугавшись предпочел отступить.
— Какие мысли обременяли твой разум, в те моменты?
Клейн подробно рассказал о смерти Талима Дюмона и о своих подозрениях на ее счет. Поведал, о предоставленном ему от принца Эдессака доверии и о том, что не сумел оправдать его ожиданий, так как струсил перед лицом опасности.
Причина, по которой он не пошел прямо к Карлсону, заключалась в том, что он боялся возможной слежки, как со стороны преступника, так и со стороны людей принца Эдессака. Как только Клейн пришел к выводу, что лучшим для него решением будет бездействие, идущее под руку с безопасностью, он решил, что не хотел подвергать себя каким-либо рискам.
Собор Пара являлся штабом Церкви Бога Пара и Машин, и он был одним из трех Великих святых храмов. Никто бы не осмелился шпионить за детективом внутри стен того места.
Клейн намеревался воспользоваться благами собора для огласки своих истинных мыслей и предотвращения какого-либо конфликта.
Иными словами, он собирался поступить так, как считал нужным.
Епископ внимательно выслушал Клейна и вымолвил:
— Твой выбор проистекает из человеческих инстинктов. Бог не осудит тебя. Возвращайся домой, Бог защитит тебя.
Это хорошо… — понял намек Клейн и неспеша вышел из Собора Пара.
Встав на улице и взглянув в затянутое туманом небо, он тихо вздохнул.
Мне нужно как можно скорее продвинуться по Пути…
Молния пронеслась по ночному небу, осветив черные как смоль городские стены.
Деррик Берг, за спиной которого болталась кожаная сумка, поудобнее прихватил Топор Бурь и встал в ряд с другими членами исследовательской команды.
