Неизвестно, когда люди в этом городе изменились. Стали возводить втайне алтари, проводить странные обряды, творя то, что Ты запретил.
Слишком поздно было, когда я это всё обнаружил. Вырождение, кровопролитие, тьма, тлен, убийства, развращение и власть теней уже поглотили этот клочок земли.
Здесь начнётся великое бедствие!
Эти слова он тяжёлым голосом повторял, как пророк, живописующий то, что неизбежно грядет.
– Здесь начнётся великое бедствие? С оставления Господом, создавшим всё на этой земле, оно и началось? И кто же искушал Тёмного Ангела Сэрира? Священнослужитель, наверное, упоминал, кто. Потому что после слов "Я раскаиваюсь" должно было быть имя, но образовался пробел... Человек изначально произносил имя, но оно как бы само по себе исчезло. Кто стёр его? Этот священнослужитель, должно быть, из того странного Полуденного Города. После того, как нарушилось равновесие, он появился здесь. Иначе его бы обнаружила предыдущая экспедиция... – За небольшой отрезок времени в голове Деррика промелькнуло множество мыслей.
И тут он увидел, как Глава широким шагом двинулся к священнослужителю в белом.
…
Клейн пробудился от своего сновидения, когда в глаза через окно било полуденное солнце.
Вылез из кровати и неторопливо отправился в пиратский обеденный зал.
Едва Германа Воробей завидел Фрэнк Ли, сразу же стал махать ему рукой.
— Герман, я кое-что новенькое открыл!
— Мать твою, ну что ещё теперь... – у Клейна тотчас сердце чуть не выскочило из груди.
— Снова что-то изобрели?
— Нет-нет, – в радостном волнении мотал головой Фрэнк. – Я собирался изучать рыбу в этих водах. Рыбы здесь, похоже, смогут видеть сны! Только попробовал порыбачить и выловил что-то странное.
Странное? У Клейна разболелась голова, но он сдержался и не повысил голос:
— И что же это?
— Рыба с человеческими пальцами! – не дожидаясь ответа, Фрэнк Ли рванул в кают-компанию и быстро вернулся со странной голубовато-чёрной рыбой в руках.
Нормальная рыба, но вместо глаз, виднелось подобие человеческого лица. Её брюхо явно вскрывали, а внутри лежали три человеческих пальца.
— Это не я. Всё так и было! Посмотрите на её зубы. Не похоже, чтобы она их отгрызла, поэтому единственное что остаётся – это предположить, что они выросли сами! Я не могу понять, зачем рыбе пальцы, - поспешно объяснил Фрэнк свои рассуждения.
Окинув взглядом рыбу, Клейн сказал после некоторых раздумий:
— Их мог засунуть кто-то ещё.
— ... имеет смысл. Тогда это будет не самая уникальная рыба, - Фрэнк опешил, его постигло разочарование, - пальцы можно считать плотью и кровью, спрошу у Дойла. Он эксперт в подобных вопросах, – оглядевшись, Фрэнк обнаружил Дойла, который, как и обычно ел в углу.
Приблизившись к столу, Фрэнк плюхнул голубовато-чёрную рыбу перед Бескровным.
Вытянув руки, Дойл прислонил губы к рыбе. Увидев эту сцену, Фрэнк почувствовал, что что-то здесь не то.
Осознав случившееся, он рассмеялся:
— Нет, Дойл, это не для тебя. Ты ешь столько рыбы, что уже ей воняешь. Я просто хотел спросить, что ты скажешь о пальцах в её брюхе? Можешь ли определить, кому они принадлежали?
Дойл остановился и внимательно изучил рыбину перед собой:
— Они принадлежат Кровавому Епископу, по меньшей мере, Епископу.
Он достал три пальца и сложил их вместе. Через небольшой промежуток времени, они расплавились, превратившись в лужицу плоти и крови. Жижа вздрогнула и изобразила кровавую надпись:
— Помогите!
Пальцы Кровавого Епископа... «Помогите!» Увидев надпись, Клейн сразу провёл параллели.
Он вспомнил Святого и Леомастера из своего сна! Святой Ордена Авроры застрял в руинах с остаточным воздействием ангела или бога Пути Зрителя. Подобное воздействие вызвало раздвоение личности и превратило его часть в добряка. Святой оказался в ловушке. Его добрая и злая стороны постоянно сражались, часто на подсознательном уровне. Но личность, более склонная к тьме, постепенно брала верх, а добряк скрывался по всему подсознанию и звал на помощь.
Следовательно, это попытка Леомастера позвать на помощь? Как Святой Ордена Авроры он должен был продвигаться с Последовательности Пастыря, поэтому нет ничего удивительного в наличии у него силы Кровавого Епископа... Кивнув, Клейн подумал, что эти рассуждения похожи на правду.
— Помочь? Как? – с ничего не понимающим взглядом, Фрэнк обернулся в сторону Германа.
Спросите капитана, а не меня... Клейн покачал головой:
— Можете не беспокоиться. В этих водах слишком много странного.
Причина, по которой Клейн так сказал, была в следующем – во сне, у основной личности Леомастера было решительное преимущество. И, чтобы его спасти, надо готовиться к сражению с полубогом. Добряк сражался бы на их стороне, но всё, что он мог – это ослабить противника. Но полубог останется полубогом.
Конечно, с Королевой Тайн на борту, нет ничего невозможного. Клейн не сомневался, если бы Леомастера было так просто спасти и переманить на свою сторону доброго Святого, Королева это бы уже давно сделала. Но она ничего не предпринимала, потому что это было почти невозможно.
