Стряхнул с рук воду, повернулся и натужно улыбнулся Герману Воробья.
— Можно мне нанять прачку, чтобы помогала?
Клейн не стал принуждать пирата выставлять себя дураком, улыбнулся и сказал:
— Мне важны только результаты.
— Уф, — вздохнул облегчëнно Даниц.
Их диалог навëл Донну на мысль, что здесь что-то не так. Юная барышня с подозрением спросила:
— Дядя Воробья, вы разве с ним не друзья? П-почему он какой-то не такой, как прежде?
Клейн отыскал стул и сел. Ничего не тая, спокойно отвечал:
— Если быть точным, он мой военнопленный.
— Военнопленный? — Дентон, как одурманенный, озирался, тщетно припоминая, когда двое этих дядь ссорились между собой.
Поначалу Донна была в недоумении, но вдруг у неё ëкнуло сердце, и она весело спросила:
— Он… он пират?
— Ага, — легко кивнул Клейн.
— Пиратов Красного Черепа тоже вы прогнали, дядя Воробья? — настойчиво любопытствовала радостно-взволнованная Донна.
Клейн бросил взгляд на Даница и ответил без особого выражения:
— В каком-то смысле да.
Донна, получив на свои вопросы исчерпывающие ответы, была необычайно польщена и рада. Тоже взглянула на Даница и неосознанно заговорила тише:
— Дядя Воробья, у него есть имя? То есть нет: за него есть вознаграждение?
— Нет! Нельзя мне никому давать узнать, что со мной случилось! — Даниц открыл рот, попытался опередить Клейна с ответом:
— Меня зовут Зиг!
Тут же Клейн произнёс как-то бегло, едва слышно:
–Даниц.
— Даниц… — Донна и Дентон переглянулись, не задавая больше никаких вопросов.
Надолго брат и сестра не стали задерживаться, вскоре ушли. Их не покидало чувство, что в глазах пирата сквозила ярость.
Вернувшись в номер 305, увидели, что отец и дядя Кливс ещё толкуют между собой оживлëнно. Донна их намеренно перебила вопросом.
— Многие сейчас говорили о пиратах. Кто-то упомянул Даница. Он что, очень силён?
— Даниц… Пылающий Даниц. Он подчинённый Вице-адмирала Айсберг, четвёртый боцман Золотой Грëзы… — Прямо отвечал Кливс.
Произнеся это, вдруг замолк, отведя взгляд, и как будто погрузился в воспоминания.
— Подчинённый Адмирала пиратов… — Донна из любопытства напирала:
— А вознаграждение за него какое?
Кливс пришёл в себя и сказал проникновенным глубоким голосом:
— Три тысячи фунтов.
— Т-три тысячи фунтов? — Донна и Дентон от удивления раскрывали рты всё шире, едва не забыв их закрыть.
— Капитан пиратов Красного Черепа оценивается лишь в девятьсот фунтов, а человек, похожий на слугу — в три тысячи? — Брат с сестрой переглянулись, лишившись дара речи.
…
В шесть утра Белый Агат снова вошёл в гавань.
— Гавань Банси? Элланд весьма осторожен… — Даниц стоял у окна, глядя на ещё тëмную гавань и вышку маяка.
Не дожидаясь ответа Клейна, засмеялся и сказал:
— Кажется, здесь ходят какие-то мерзкие легенды.
Клейн уже немного разобрался в характере Даница, поэтому даже не стал спрашивать, что тот имеет в виду, а просто спокойно на него посмотрел.
Даниц, которому не нужно было, чтобы его понукали, покачал головой:
— Легенда гласит, что произошло всё лет триста назад. Когда Лоэн в первый раз оккупировал этот остров — в тумане пропало пятьсот солдат. А на побережье и в горах нашли много костей. Было ещё несколько инцидентов. Так и продолжалось до тех пор, пока Церковь Повелителя Штормов не построила здесь собор и не прислала епископа.
Хотя историки считали началом колониальных войн оправку Розелем флота на поиски безопасного маршрута к южному континенту, в реальности, уже задолго до этого страны северного континента исследовали прибрежные воды и захватывали близлежащие острова. Единственным отличием служило то, что это случалось эпизодически и не обрело большого масштаба.
Исчезновение в тумане… Кости на побережье и в горах… По какой-то непонятной причине Клейн подумал о Земле, забытой богами. По словам Деррика, там тоже не было солнца, только гром и молния. Более того, когда людей окружала тьма без единого проблеска света, они сталкивались с чем-то ужасным.
Даниц продолжал, глядя на маяк, освещённый заходящим солнцем:
— После исследования гробниц и фресок, выяснилось, что местные занимаются каннибализмом. На этом острове слишком переменчивая погода — землетрясения, шторма, сильный туман, аборигены сталкивались с катастрофой за катастрофой. Чтобы выжить им пришлось поклоняться Богу Погоды, которого они создали себе сами. Каждый год им нужно было провести по четыре ритуала. Те, включали убийства избранных верующих, чью кровь и плоть разделяли все члены общины, а потом головы жертв закапывали под алтарём. Но эти традиции сменили ритуалы Повелителя Штормов, даже язык и тот уже давно забыт.
Бог Погоды… Захваченный остров, где когда-то приносили в жертву людей…
— Из-за этих легенд в Банси есть пара уникальных обычаев. Один из них — закрывать дверь в ночь, когда на остров опускается сильный туман или при значительных переменах погоды Они даже не открывают, когда в двери стучат.
А второе — жители любят кровь животных, даже научились от эльфов добавлять в неё соль. В результате получается странные мягкие комки, вкус которых напоминает резкие приправы аборигенов этих земель.
