— Можно сказать и так, — телохранитель взял стакан и глотнул воды.
Так вот оно что… Поверив, что, если не выйдет из ресторана, то не увидит ужасного зомби, девочка сразу же успокоилась.
Только сейчас Донна заметила, что на них уставились все посетители ресторана. Ей стало неуютно под взглядами стольких людей. Сразу же захотелось опустить голову и уставиться в пол.
Я не сделала ничего такого! Я его видела! Упрямо подняв голову, Донна огляделась.
Она увидела, как мужчины в сюртуках и женщины в великолепных платьях отводят глаза. Как они склонятся над своими столами, берут в руки ложки и начинают выуживать из тарелок красноватые комки, чтобы затем набить ими рот. Их губы сразу приобрели красноватый оттенок, а лицо, в неверном свете свечей в хрустальных люстрах, казалось слишком бледным на фоне ярких губ. Подобный контраст навевал на девочку страх.
Вернувшись к ожиданию ужина, она в тайне взмолилась Богине, чтобы ветер поскорее улёгся.
…
Банси, телеграфная контора.
Как только Элланд и его первый помощник отправили сообщение флотским, они увидели, что снаружи завывает ветер, а двери и окна дрожат под его порывами.
— Да, погода здесь не образец вечной стабильности, — опустив на голову свою треуголку, Элланд рассмеялся.
— В противном случае, как бы они назвали остров Музеем Погоды? — поддержал своего капитана Харрис, его первый помощник.
— Лучше не выходите. Легенды гласят, что можно лишиться своей головы, — решилась предупредить молодая служащая телеграфной конторы с вьющимися каштановыми волосами, увидев реакцию на происходящее .
— Знаю, но я делал так несколько раз, и ничего не случилось, — Харрис беспечно открыл дверь.
— Можем ли мы дойти до собора, что рядом с Вашим зданием? — задумавшись, Элланд остановил своего первого помощника. — Ваша контора закрывается, верно?
— Хорошо, — девушка с каштановыми вьющимися волосами была всё также спокойна и никуда не спешила.
Кивнув, Элланд открыл дверь и с трудом преодолел двенадцать метров до дверей собора Шторма. Ветер был такой силы, что мог утащить за собой ребёнка.
Первый помощник, Харрис, последовал за своим капитаном только для того, чтобы выразить желание идти сразу на Белый Агат. Но стоило ему открыть рот, как первый же порыв ветра забил слова ему в глотку. Поперхнувшись, помощник счёл за лучшее помолчать.
Было всего-то без пятнадцати семь, поэтому даже вечером, главные врата храма были открыты для своей паствы. Около храма ветер значительно ослаб, и морякам уже не нужно было беспокоиться о том, чтобы остаться без шляпы.
Войдя внутрь собора, они сразу прошли между скамей. Остановившись перед алтарём, моряки увидели, что на первом ряду сидит мужчина в тёмно-синей одежде священника. Мужчина молчаливо взирал на Священную Эмблему, составленную из символов ветра, волн и молнии.
Улыбнувшись, Элланд подошёл ближе и похлопал знакомого по плечу:
— Джейс, где твой епископ?
От хлопка, голова качнулась, а потом с громким стуком слетела с плеч на пол. Из обрубка шеи фонтаном хлынула кровь, ударив в лицо Элланда. Глаза капитана заливала красная жидкость, а на сердце у него стало тяжело-тяжело. Всё, что он видел только кровь и остекленевший взгляд застывшей на полу головы.
…
В семь пятнадцать пополудни Клейн с Даницем, которые вышли из ресторана первого класса, заметили, что ветер, до этого порывами сотрясавший корабль, значительно стих.
Подумав несколько секунд, Клейн подошёл к надстройке и крикнул:
— Кто ещё не вернулся?
Матрос, который видел, что этот пассажир ел мясо мурлока вместе с капитаном, решил ничего не скрывать:
— Кроме семьи Бранч и Тимоти, отправившихся в «Лайм», все остальные вернулись до начала шторма. Хе-хе, это довольно далеко, да и отужинать там дело не быстрое. Ох, верно. Капитан с первым помощником пошли на телеграф и ещё не вернулись.
Едва различимо кивнув, Клейн вернулся в каюту под номером 312.
Встав около иллюминатора, он уставился на то, как ветер подгоняет волны. Даже без помощи мира над серым туманом, только своими собственными силами, Клейн чувствовал предзнаменование грядущей опасности. Что-то должно было произойти. Что-то плохое.
Прождав пять минут, он так и не увидел ни капитана Элланда, ни семью Донны. Косой взгляд, брошенный на расслабившегося в кресле пирата, заставил того выпрямиться. Отвернувшись, Клейн ничего не сказал и отправился в туалет.
Закрыв за собой дверь, Клейн достал бумажную марионетку, и, превратив её в собственное подобие, поднялся в мир над серым туманом. В прошлый раз он проверял потенциальную опасность этого острова, но сейчас, когда поднялся ветер, Клейн хотел понять, что ему конкретно грозит.
— В Банси опасно.
Взяв в руки духовный маятник, Клейн принялся повторять написанную им самим фразу. Открыв глаза после нескольких повторений, он убедился, что хотя топаз вращается по часовой стрелке, но амплитуда и скорость вращения уже не настолько большие.
Опасно, но приемлемо… Это противоречит прошлому откровению… Прошептав себе под нос, Клейн опёрся локтями о поверхность стола.
