И сразу после этого Клейн пошёл в ванную и поднялся в пространство над серым туманом. При молитвенном огоньке Энуни стал обследовать улицу, держа в руке Скипетр Морского Бога.
Вне всякого сомнения, Клейн сосредоточился на собственной резиденции и строении 39. Нашёл дворецкого Уолтера, экономку Танеджу, члена парламента Махта, мадам Риану и многих слуг в таком состоянии, в котором сохранялись остаточные признаки Паразитирования. Эти люди были словно одурманены.
Что же касалось Хейзел, та вот-вот готова была рухнуть без чувств. Руками упиралась в пол, снова забившись в угол. Спиной опиралась на стену, свернувшись в комочек и дрожа.
Махт сотоварищи заметили, что с ней что-то не так. Окружили её, беспокоясь, надеясь узнать, в чëм дело.
Но Хейзел издавала громкие пронзительные крики, когда кто-нибудь пытался к ней приблизиться. Буйно противилась, и всем оставалось только стоять в метрах от неё с выражением беспомощности и паники на лицах.
Время от времени собравшиеся поправляли очки и потирали глаза. И это лишь повергало Хейзел в ещё больший ужас. Она, казалось, была на грани потери контроля над собой.
Клейн ужаснулся, увидев над серым туманом эту сцену. И вообразил себе ещё такую:
Папа Амон, мама Амон, горничная Амон, лакей Амон суетятся вокруг Хейзел, пытаясь успокоить её разыгравшиеся нервы, но всё зря. Выражение лица у всех было одно и то же, и на всех по одинаковому моноклю, только одежда разная.
– Даже продержись Хейзел и не потеряй контроль, у неё бы всё-таки несомненно развились со временем психические проблемы. По самой меньшей мере, она была бы в полубезумном состоянии... – пронеслись мысли в голове Клейна, он опустил Скипетр Морского Бога и вернулся в реальный мир.
Бьёкланд и ещё несколько улиц всё так же окутывала тьма, внушающая чувство какого-то безмятежного покоя, умиротворения и глубины.
То был мир, уже превратившийся в “тайну”.
Клейн снял с вешалки шляпу, надел на голову и Телепортировался в кабинет директора на улице Фелпса, 22, в Лоэнский Благотворительный Фонд.
Одри уже переоделась в светло-зелёное платье и предавалась с пером в руке мечтам, тщательно припоминая во всех подробностях карательную операцию, что прошла днём. Сьюзи же отправилась на прогулку.
Вдруг эта знатная барышня что-то почувствовала и подняла взгляд.
Фигура черноволосого, кареглазого, тонколицего человека с точëными чертами вмиг отразилась в её прозрачно-ясных, как вода, изумрудных глазах.
На человеке была белая рубашка, чёрный жилет, чёрные брюки и чёрные кожаные ботинки. Выражение лица его было хладнокровное, и он чуть склонялся, держа одну руку поверх цилиндра.
Одри сначала опешила, а затем вспомнила, кто этот человек.
Герман Воробей!
Хоть она никогда прежде его не встречала, но видела более чем правдоподобный портрет в газетах и объявлениях о розыске.
Клейн понял по реакции мисс Справедливость, что не превратился обратно в Дуэйна Дантеса. Но не очень-то этим впечатлился, снял руку с цилиндра и выпрямился. Сказал, кивнув:
– Кое в чëм требуется ваша помощь.
Маскировку его тоже похитил Амон. Но после Перезагрузки она к Клейну вернулась. У него просто не было времени обратиться в Дуэйна Дантеса.
– Мистер Мир, уже полубог, нуждается в моей помощи? Ему необходима терапия какого-то психического расстройства? Нет, кажется, не то... – Одри, охваченная любопытством и предвкушением, поджала губы и отложила перо. Встала и ответила серьёзно:
– Не составит труда.
Клейн, не теряя времени, подошёл, схватил Одри за руку, и их фигуры, как бы растворяясь, исчезли с этого места.
И тотчас же возникли у двери комнаты для занятий на улице Бьëкланд, 39.
– Телепортация? – Одри чуть покосилась, и ей невольно захотелось о чём-то спросить. Но когда она ощутила гнетущую атмосферу, услышала резкие крики, лицо её вмиг посерьёзнело.
– Есть пациент? – спросила она, не особо сомневаясь.
– Вот уж с кем легко говорить, так это со Зрителем. Не нужно много объяснять... – лаконично признал про себя Клейн и сказал:
– Да, она столкнулась со сверхъестественным событием и перенесла ужасный испуг. Она на грани потери контроля. У вас есть средства сделаться невидимой для людей внутри?
Эту последнюю фразу ему говорить было необязательно, ведь достаточно было масштабной иллюзии для решения проблемы. Кроме того, получив благословения Сокрытия, обычные люди, скорее всего, особенно и не сохранили бы соответствующие воспоминания. Но став свидетелем Адамовых сил-способностей к невидимости, Клейну было довольно любопытно, есть ли такие навыки у мисс Справедливость на её Последовательности 6.
– Мистеру Миру любопытно... Поистине редкий случай... Кажется, он уже не в такой толстой маске, надел другую, потоньше. Он очень хороший пациент, нуждающийся в консультации врача... – У Одри чуть задвигался подбородок, она кивнула:
– Да.
Отвечая, она взглянула на Германа Воробья, а тот, получив её ответ, протянул руку к ручке и толкнул дверь.
