– Сио сказала, что расследованием о виконте Стрэтфорде и выведыванием тайны короля занялась исключительно по собственной воле. У неё были большие подозрения насчёт смерти отца. Отец был некогда капитаном королевской стражи, – граф Мэйсон Дер...
Однако она оговорилась, что её действия благословила некая сущность.
Одри едва не замолчала посреди своего ответа. Всё из-за того, что дух её с небесных высот взирал на “неё саму”, находящуюся на острове сознания, и духовное море вокруг. Она увидела, как со дна моря поднялась некая фигура и зашагала по возникшим тут же ступеням, проходя сквозь царство бессознательного и спускаясь в Тело Сердца и Разума Одри.
То был человек, одетый в чёрный костюм-тройку и весь серебристо-седой. И то был другой Хвин Рэмбис.
На лице этого Хвина Рэмбиса не было ни намёка на улыбку. От него веяло чем-то крайне зловещим, и какие-то участки его кожи покрывала серовато-белесая чешуя. А глаза его не только поменяли цвет из голубого в золотистый, но и зрачки в них стали вертикальными, как у некоторых животных.
Если бы Одри не доводилось прежде нечто подобное испытать, то одно только сильнейшее беспокойство теперь, наверное, помешало бы ей держаться так, будто она ничего не заметила, и заодно стараться не замолчать ненароком или не начать заикаться от этого.
В реальном мире Рэмбис смотрел, улыбаясь, на милое личико Одри и всё выспрашивал:
– И какая же сущность благословила?
Одри покачала головой, и на острове сознания стало что-то меняться.
– Когда я подняла этот вопрос, Сио и Фос стали сильно сопротивляться. Появились признаки ухода из-под гипноза, потому я не смела, продолжать расспросы.
– Разумеется, благословения некоторой сущности можно истолковать как внимание мистера Шута, а можно и как внимание Богини... – про себя бормотала ясновидящая и ясномыслящая Одри под духовным небом.
Рэмбис продолжал по кругу свои вопросы, разузнавал подробности гипноза.
Через две-три минуты кивнул, довольный результатом, и сказал:
– Неплохо. У вас взаправду дар гипнотизировать людей. Когда завершатся нынешние события, я передам вам зелье Сноходца и лично организую для вас ритуал. Ах да, и не противьтесь вы так любви и замужеству. Вам и двадцати нет, а это идеальное время для стремлений к таковым. Вы достаточно очаровательны, чтобы расположить к себе всех и каждого и наслаждаться их вниманием...
Рэмбис косвенными намёками и наводками ослаблял сопротивление Одри любви и замужеству.
– Ох, и отвратительный же тип... – Надув щёки, досадливо ворчала Одри под духовным небом. А затем взяла себя в руки и предстала какой-то застенчивой и тоскующей по чему-то.
Рэмбис не ожидал, что успешно продвинется, лишь следуя логическому ходу мыслей. Увидев, что это так, отвёл своё сознание, что вторгалось в сознание Одри, и дал себе покинуть остров.
– Забудьте, что я сказал только что. Это всё случайно возникшие у вас в глубине души помыслы. Я уйду из этого места и скроюсь с ваших глаз, и после этого вы забудете, что я здесь был.
На эти слова Одри под духовным небом не сдержала вздоха облегчения. Ведь это означало, что Рэмбис уже вот-вот уйдёт.
Пусть и прошло всего минут пять с его появления, недостаточно времени для того, чтобы Сио и Фос вошли в ближайший собор Вечной Ночи, Одри всё же жаждала скорейшего ухода Рэмбиса. Противостояние полубогу царства Зрителя сопровождалось невообразимым нервным напряжением.
– Ещё остаётся после этого шанс. Коль скоро мне удастся сохранить сознание в равновесии, шанс ещё будет. Одри, не будь подавленной, не будь нетерпеливой... – Мысленно утешала себя Одри, глядя, как Рэмбис разворачивается и шагает к залу.
Она не расслабилась, не задышала ровно. Пыталась изо всех сил поддерживать своё нормальное состояние.
Вдруг Рэмбис остановился и обернулся. Прищурил свои светло-голубые глаза и посмотрел на Одри.
– Почему вы так испугались, когда только увидели меня?
– ...Я-я слишком удивилась тогда, и не сумела как следует скрыть какие-то свои эмоции? – Одри почувствовала покалывание на коже головы под длинной светлой шевелюрой, и стремительным вихрем закружились мысли. Недоуменно спросила:
– Правда? Разве это не нормальное явление? Кто-то вдруг появился рядом со мной. Потрясение на краткий миг при таком неизбежно.
Рэмбис кивнул, словно соглашаясь с этим объяснением. Смерил Одри взглядом и вдруг сказал:
– Вы обычно носили как украшение мистический предмет, который может менять свою форму. Почему вы не надели его сегодня?
Для Зрителя такая подробность была из ряда вон выходящей.
– О нет... Я прячу Ложь под одеждой почти всё время. Как он заметил, что на мне её нет в этот раз... Он втайне прочитал какие-то мои воспоминания, те, что я не скрывала, чтобы казаться нормальной... – Столкнувшись с вопросом Рэмбиса, Одри почувствовала, как в мыслях наступает некий застой.
Причина не надеть Ложь была проста, Одри боялась, что это украшение усилит её эмоции и не даст, как следует скрыть истинные мысли при встрече с полубогом пути Зрителя.
