Бог Знаний и Мудрости — это почти наверняка один из Королей Ангелов, служивших Древнему Богу Солнца, Ангел Мудрости;
А из религиозных текстов Третьей Эпохи и исторических личностей Второй Эпохи можно с полным основанием предположить, что тот Ангел Мудрости, скорее всего, и есть Дракон Мудрости Гераберген!
Он — бог-слуга Дракона Воображения Анкевельта, высокопоставленный представитель расы драконов!
Это... Значит, информацию о том, что Путешествия Гроселя появились после исчезновения Ливиседа, передал Бог Знаний и Мудрости каким-то способом, заставив Волшебное Зеркало поверить в это? Если Он действительно тот Дракон Мудрости, значит, Он — непосредственный участник событий, и в то время Его статус был уже очень высок. Его знание дела определённо превосходило знания Гроселя и Сиатас... Но как тогда объяснить видения, которые я видел во время гадания над серым туманом? Я до сих пор вспоминаю, и у меня начинает болеть голова. Я видел именно Дракона Воображения, этого древнего бога... — Клейн, с одной стороны, почувствовал прозрение от того, что связал все ниточки воедино, а с другой — погрузился в ещё большее недоумение.
Он раз за разом подбрасывал монету и быстро пришёл к некоторым предположениям:
Раз уж Город Чудес Ливисед был создан воображением, то после его исчезновения что мешало ему вообразить новый?
Может, первоначальный Ливисед был помещён королём драконов Анкевельтом в эту книгу, а тот, что существовал после, был Его новым творением?
Он обманул всех драконов, но не смог обмануть того, что славился своей мудростью?
Если это правда, то Городов Чудес Ливисед на самом деле было два, и здесь — самый первый, самый древний...
Но тут возникает другой вопрос: почему Дракон Мудрости сам не вошёл в этот книжный мир? Даже если Он и не Зритель, с Его девизом «Всезнание — это всемогущество», у Него должно было хватить способностей и уровня, чтобы исследовать это место...
Может, Он уже давно здесь бывал, но не потревожил ни одного обитателя книжного мира и по каким-то причинам оставил этот Город Чудес здесь?
Пока в голове Клейна роились мысли, Звезда Леонард, державший руки в карманах, посмотрел на него, затем на Справедливость, которая тоже долго молча смотрела вниз, и решил нарушить тишину:
— Город, конечно, величественный и грандиозный, и явно построен не людьми или человекоподобными существами, но зачем так долго на него смотреть? Вы же не архитекторы.
Клейн собрался с мыслями и искоса взглянул на Леонарда:
— Это, весьма вероятно, Город Чудес Ливисед Дракона Воображения Анкевельта. В некотором смысле — божественное царство древнего бога.
Конечно, если существовал второй Ливисед, то здешнее место не было божественным царством в полном смысле этого слова.
— Божественное царство... — зрачки Леонарда расширились, и он повторил ключевое слово.
Справедливость Одри тоже пришла в себя и тихо прошептала:
— Это действительно Ливисед?
— Это лишь возможно, — Клейн, уже успокоившись, коротко ответил. — Он не парит в воздухе, как в легендах, а покоится на дне моря коллективного бессознательного, так что трудно сказать, настоящий он или нет.
