- Я ж вообще рандомные слова произнес, - пробормотал мужчина, округлив глаза. – А, выходит, у вас такие кланы есть?
Почему-то ей казалось, что на прямой ответ заклятье сработает.
А что если…?
- У лесного народа много разных кланов, - так же осторожно произнесла она, внутренне приготовившись…
Ничего!
Ее маленькая победа!
- Шизанутые остроухие, - шумно выдохнул человек. – Ладно, допустим. Клан «Лопатный Черенок» тоже есть?
Ну, здесь можно и по-простому.
- Нет, такого клана нет, - ответила Лаурель.
- Странно, я уж думал… - человек не договорил. – Так ты из какого клана?
- Ни из какого, - ответила Лаурель.
Синие глаза человека прищурились.
- И по какой причине?
- Я – рейнджер, - произнесла Лаурель. – Страж и патрульный Великого Леса. Я служу всему лесному народу, а не какому-то клану.
- Ясненько, - задумчиво произнес человек.
Пару мгновений они сидели молча, после чего монстр протянул ей свой правую руку ладонью вперед.
- Глеб.
Лаурель посмотрела на человека.
Потом – на его руку.
Затем – снова ему в глаза.
- На нашем языке это называется «ладонь», - призналась она. – Возможно что-то не так с магией перевода…
Человек несколько секунд молча смотрел на нее.
Так обычно смотрят на умственно неполноценных.
- Одно из двух, - медленно проговорил человек. – Или пощечины были крепкими, или ты никогда не слышала такого имени.
Лаурель поежилась.
- Почему твои родители назвали тебя в честь звука, с которыми клубни вытряхивают из мешка на пол хижины? – спросила она.
Человек ничего не сделал, но его выражение лица стало далеким от доброжелательного.
- По крайней мере меня не назвали в честь старого ржавого японского ведра с болтами, являющегося аналогом «Ниссан Скайлайн» для нищебродов.
Увидел я, что набралось более 500 лайков к произведению, дай, думаю простимулирую камрадов более активными быть)
Это мой первый оридж, господа)
комментарии принимаются, замечания и указания ошибок - в том числе)
После заседания Королевского Совета вызов к Королю не являлся какой-то неожиданностью.
Воль, имевший в запасе несколько драгоценных дней, которых ему хватило для того, чтобы подготовиться к грядущему разговору с родителем, неспешно двигался по коридорам Крепости, наслаждаясь бодрящей прохладой.
Сопровождающий его Краскон как и всегда сохранял молчание, как и подобает несущему службу Белому Клинку.
Но Воль прекрасно понимал, что никто и никогда не может нести все свои обеты от зари до зари.
Поэтому, как только они завернули в коридор, ведущий вдоль одного из малых внутренних двориков, принц, как бы невзначай кивнул головой.
Белый Клинок – это не просто отменный боец, верой и правдой преданный Королю.
Это еще и человек, имеющий понимание таких простых вещей, как желание принца перекинуться несколькими словами.
- Отец зол? – негромко поинтересовался молодой принц.
- Настолько, что едва не вызвал вас в свои покои сразу же после заседания Королевского Совета, - таким же полушепотом ответил старый вояка. – Премьер-министру едва удалось отговорить его.
- Вот даже как? – принц был несказанно удивлен. Вообще-то он считал, что Лорд Тристан, убедившись воочию не только в возвращении принца, но и став свидетелем его поведения, будет нашептывать королю прямо обратное, чтобы как можно быстрее избавиться от наследника при дворе. – И чем же он это мотивировал, а, Краскон?
Белый Клинок не ответил.
Он продолжил идти рядом, делая вид, что никакого вопроса и не прозвучало вовсе.
При других обстоятельствах, с другой категорией вооруженных людей и охраны в Крепости, Воль запросто мог приказать сделать с наглецом все, что ему заблагорассудится – и лишь король обладал властью отменить волеизъявление наследника.
Но в делах, которые касались Белых Клинков все не так, как у обычных рыцарей и придворных.
Белые Клинки – в том числе и носители секретов Короля.
Его посыльные для деликатных поручений. Вроде поисков наследного принца по притонам Обители Королей.
Или доставления тайных посланий.
Или…
Все, что угодно будет Королю.
И сейчас молчание Краскона это не просто прихоть.
Это выполнение обета, данного при заступлении на службу – молчать обо всем, что стало ему известно о делах Короля и Короны.
Особенно, если эта болтовня может причинить вред.
Из чего можно сделать вывод, что слова, которыми Лорд Тристан утихомирил отцовский гнев, имеют прямое отношение к государственным делам.
У принца на уме имелось несколько вариантов, но гадать не хотелось.
Достаточно и того, что скоро отец все выскажет в лицо.
Они уже подходили к проходу в личные покои короля.
На это небольшое путешествие понадобилось не так уж много времени – когда с тобой Белый Клинок, каждый из которых знает Крепость как бы не лучше самого Короля, вереницы коридоров и двориков уже перестают казаться бесконечными и непроходимыми.
Но один Воль справился бы куда как быстрее.
Потому что, в отличие от подручных Короля, он знал куда как больше о Крепости.
В том числе и о том, о чем лучше молчать, чтобы бравые паладины, ревнители веры Семерых, в лучших традициях своего братства не сожгли его как еретика.
