— Нет. Могу только предположить, что это не хеленесийский. Они предпочитают более изогнутые конструкции. Этот же знак квадратный и сильно угловатый. Письменность Мерцающих народов представляет собой ряд квадратов и линий. Я умею читать и говорить на четырёх диалектах Мерцающих земель, но никогда не сталкивалась ни с чем подобным, поэтому не решаюсь сделать сравнение.
Шилхара уставился на символ.
— Бирдисан здесь описывается как король с юга. Я думаю, что это больше, чем совпадение. Символ и невоспетый король — отсылка на дальние земли.
Он прочитал дальше. Один отрывок привлёк его внимание, фраза, почти незаметная в витиеватых описаниях ритуала.
Шилхара поднялся со своего места.
— У меня есть несколько фолиантов по Мерцающим землям. В основном малоизвестная поэзия. — Он поморщился. — Ужасные вирши, но моему наставнику они так нравились, и он собрал всё, что смог достать. Может, стоит их пролистать.
Следующие три часа они работали молча. Лампа Мартисы потускнела. Испытывая тошноту после прочтения нескольких страниц слащавых од плаксивым, избалованным барышням, Шилхара отложил книги в сторону и потёр глаза. Мартиса все ещё склонялась над столом, что-то записывая. Она остановилась, отложила перо и размяла затёкшую кисть.
— Что-нибудь ещё? — спросил Шилхара.
— Ничего стоящего, если только вас не интересуют генеалогические древа. Я перевела как минимум про двадцать поколений предков трёх королей. — Она устало улыбнулась. — Делать детей они явно любили.
Шилхара потянулся и встал.
— Когда у тебя дюжина жён и несколько сотен наложниц, можно рассчитывать на ораву отпрысков. — Он подошёл и встал перед ней. — Вернёмся к работе завтра. Ты готова к уроку?
Лицо Мартисы было гораздо менее восторженным, чем когда они впервые занялись её даром.
Она вздохнула.
— Да, хотя, боюсь, это будет пустой тратой вашего времени. Что хорошего в даре, если с его помощью нельзя наложить заклинание?
Он понимал её разочарование. Они учились контролировать её дар с момента их возвращения из Восточного Прайма. Мартисе теперь удавалось призывать и направлять свою магию. Однако Шилхару озадачивал тот факт, что ни одно из заклинаний, которое она пыталась применить, не работало. Декламация безупречна, исполнение — не хуже, чем у него, но ничего не происходило. Они испробовали все виды. Магию движения. Мартиса все ещё не могла левитировать. Магию огня и воды. Весело горевшее в камине библиотеки пламя даже не шелохнулось, когда она попыталась его усилить. Вода не перелилась из кубка. Шилхара даже поощрял её петь, готовясь к неизбежным страданиям, просто на случай, если её голос стал лучше, а дар заключался в пропевании заклинаний. После нескольких нот он остановил свою ученицу, убедившись, что, какой бы магией ни управлял её дар, точно не пением.
Она встала посмотреть ему в лицо, её плечи поникли от усталости.
— Не дуйся, — произнёс он. — Это тебе не к лицу.
Колкое замечание вывело её из меланхолии. Взгляд опустился в пол, но плечи остались напряжены, как будто она сдерживала желание влепить ему пощёчину.
Шилхара улыбнулся.
— Сегодня вечером мы попробуем что-нибудь другое.
Она изумлённо уставилась на него, когда он достал кинжал из сапога и провёл острым лезвием по ладони. Кровь стекала струйками по руке, скользила между пальцами и капала на пол.
Он протянул измазанную ладонь.
— Исцели.
Не обращая внимания на кровь, Мартиса сжала его руку. Её мозолистые ладони были тёплыми и нежными. Он слушал, как она произносит одно исцеляющее заклинание за другим, закрыв глаза. Она так сосредоточилась на попытке вызвать колдовство, которое сможет исцелить его рану, что потеряла контроль над своим даром. Тело Шилхары мгновенно наполнилось жаром. Чистая магия просачивалась в его поры, в дух, несмотря на боль в руке и капающую с пальцев кровь. Его дар рос, питаясь её силой.
Зачарованная в той же мере, что и Шилхара, Мартиса подняла его руку и положила себе на грудь. Сердцебиение под окровавленной ладонью эхом отдалось в его голове. И хотя на этот раз Шилхара не поддался очарованию, он все равно восхитился тем, как дар преобразил её. Внешность не изменилась. Тот же острый подбородок и маленький нос, рыжеватые волосы и бледные губы. Но все подчёркнуто, приукрашено и прекрасно в потоках магии.
Он почти поддался искушению провести рукой по её тунике и обхватить маленькую грудь. К счастью, жжение в ладони помогло сохранить ясную голову, так что Шилхара смог подавить желание и отдёрнуть руку, оставив красное пятно на её коже и разорвав связь между ними. Напряжённый и прерывистый стон Мартисы произвёл на него колдовской эффект. С таким же успехом она могла протянуть руку и погладить его член.
Мартиса открыла глаза и увидела, что его ладонь все ещё кровоточит. Её плечи поникли.
— Ничего не вышло.
— Нет. Несмотря на то, что твой дар может прихлопнуть богов и личей, точно мышей кошачьей лапой, он не работает с заклинаниями.
