— Я понимаю ваши переживания. Но, поверьте, это наилучшее место для вашей безопасности и безопасности вашей дочери. Если вы останетесь в своём доме, это будет опасно. Здесь вам предоставят всё необходимое, чтобы быть в безопасности. Мы позаботимся о вас.
Женщина сжала губы, и в её глазах появилось беспокойство, но она кивнула, соглашаясь.
— Ладно, я пойду, но только если мне разрешат отправиться обратно как можно скорее.
Костя мягко улыбнулся, показывая, что она не одна.
— Это временное решение. Но пока мы здесь, вам и вашей дочери будет безопаснее. Мы будем следить за состоянием всех.
Молодой слуга, стоявший рядом, подошёл с тревожным выражением лица.
— Извините, господин, но несколько людей из нижней части города требуют объяснений. Они говорят, что не хотят оставаться в этих шатрах и что их права нарушены.
Костя, чувствуя, как уходит последний ресурс его терпения, посмотрел на Петра.
— Пётр, иди с ними, разъясни ситуацию. Я не могу больше тратить время на переговоры.
Пётр кивнул, его лицо оставалось строгим, но спокойным. Он подошёл к группе людей, которые продолжали обсуждать свои недовольства.
Оля, наблюдавшая за всем происходящим, тихо сказала Косте:
— Они все переживают, но если мы не будем действовать жёстко, это станет настоящей проблемой.
Костя оглянулся на неё и с лёгким усталым взглядом ответил:
— Проблемы не будет, если мы будем решать их, пока они не стали большими. Мы не можем дать им повода думать, что здесь слабость.
Тем временем слуга с явной тревогой подошёл к группе заболевших, как только Пётр успокоил толпу.
— Господин, все шатры распределены. Последние больные из верхней части города занимают места. Товарищи, вас уже разбудили и обустроили в ваших палатках. Просьба: соблюдайте тишину и не создавайте беспокойства.
Он с готовностью продолжал:
— Я, конечно, понимаю, что вы хотите вернуться домой, но поверьте, в лагере вам будет гораздо безопаснее.
Пациент из верхней части города, высокопрофильный купец, гневно отмахнулся.
— Я не позволю, чтобы меня упрятали в лагерь, как какого-то преступника! У меня — имущество, у меня — семья. Мой бизнес стоит на кону, и вы не имеете права!
Пётр подошёл ближе, его взгляд был твёрдым.
— Успокойтесь, господин. Это временная мера. Если вы хотите остаться живыми и не рисковать дальнейшими последствиями, вам стоит прислушаться. Вы не один, и все здесь для того, чтобы помочь вам.
Костя, слушая разговор, кивнул, увидев, что ситуация под контролем. Вскоре лагерь пришёл в относительное спокойствие, пациенты были распределены по шатрам, и многие начали привыкать к новым условиям.
В лагере, несмотря на напряжённую атмосферу, безопасность всегда оставалась на первом месте. Каждый уголок периметра был тщательно охраняем стражниками, которые стояли у дозорных костров, следя за тем, чтобы никто не выбрался за пределы лагеря или не устроил беспорядков. Костры постепенно тускнели, когда утренний свет начал проникать в лагерь, но тем не менее охрана продолжала бдительно следить за порядком.
Каждый стражник, проходящий мимо палаток, проверял обстановку, зная, что в любой момент могут возникнуть неприятности. Когда пациенты начинали проявлять буйство или протест, стражники быстро вступали в дело.
Один из стражников, высокий и широкоплечий мужчина с грубым лицом, задержался возле шатра, где группа пациентов из верхней части города, явно раздражённая условиями, начинала громко возмущаться.
— Что за беспредел?! — кричал один из них, пытаясь вырваться из шатра, будто его загнали в клетку. — Я не животное, чтобы так меня держали!
Стражник подошёл к нему, не проявляя страха или раздражения. Он спокойно, но уверенно посмотрел в глаза мужчине и сказал:
— Тихо. Это не ваше дело. В лагере все равны. Если не успокоитесь, я лично вас проведу до вашего бокса. Вы там будете молчать.
Мужчина, услышав это, сразу притих, хотя его лицо всё ещё выражало недовольство. Остальные пациенты в шатре моментально успокоились, как только увидели, что стражник близко и готов вмешаться. В таких случаях сила спокойствия и уверенности была важнее, чем громкие слова.
— Лучше вам не разбудить начальство, — пробормотал стражник, уходя, — а то вам уж точно не поздоровится.
Как только стражник ушёл, лагерь снова погрузился в тишину, прерываемую лишь звуками приготовления пищи и тихими разговорами между пациентами.
Тем временем, в шатре, где готовили еду для всех, кипела работа. Готовить для стольких человек — это был труд, который не стоило недооценивать. Повара и помощники наспех наливали воду в огромные котлы, нарезали овощи, варили крупу и мясо. Работая быстро и слаженно, они обсуждали, как лучше всего уместить все блюда в ограниченное время.
— Молоко для каши принес? — спросил один из поваров, вытирая пот с лба.
— Принёс, принёс! — отозвался его помощник. — Корову чуть не унесла с собой, но я выторговал!
В это время другой повар пытался понять, как впихнуть в одну кастрюлю достаточное количество картошки, чтобы хватило всем.