Ур Логга, который все еще стоял, нервно сжал кулаки.
— Это правда. — Он тряхнул головой. — Ньял, приемный сын Телерхайда, освободил мою племянницу Риб Тоннан, и ее дочь, и ее брата из плена на корабле. Принцесса Риб Тоннан говорит, что ее отец, мой брат король, Самый Уважаемый и Мудрейший из Мудрых Фенсдоунской равнины…
— Короче, ваше величество! — крикнул Финн Дарга.
Великан продолжал, никому не позволяя нарушить священные правила выступления великанов на публичных собраниях.
— …известный как Хранитель Великого Камня Аргонтелла, был убит людьми, которые похитили принцессу и ее детей, продали их в рабство и собирались перевезти в Моер с грузом диких животных…
— Рабство? — дрожащим голосом переспросила мейга. — Другие в рабстве?
Бенаре широко развел руками.
— Друзья мои! — В его голосе было столько мольбы, что все замолчали и повернулись к нему. — Если это правда, мы примем меры, будьте уверены! Да, мы знаем, много зла творится — такие времена. Но мы собрались здесь для одного и только для одного! Чтобы судить Ньяла из Кровелла за его преступления! И мы должны закончить с этим, прежде чем браться за что-то еще!
Нед решительно кивнул:
— Ньял отвлек нас своими нападками. Он обвиняется в убийстве и тайном сговоре, и он сознался!
— Пара пиратов утонула, когда я освобождал зверей и рабов! — бушевал Ньял. — Я любил Телерхайда, вы, тупицы! Но кто-то здесь торгует рабами, и у него была причина желать смерти Телерхайда!
— Утихомирьте его! — приказал Нед стражникам.
Встревоженно поглядывая на лордов, Другие громко переговаривались между собой. Шум нарастал. Нед вытащил свой меч и положил на камень, острым концом в сторону Ньяла.
— Я признаю его виновным! — объявил Нед.
Фаррил и Бомбалер поспешно вышли вперед и положили свои мечи рядом с мечом Неда, за ними — и остальные лорды. Вздохнув, Бенаре повернул свой.
— Ньял из Кровелла, теперь ты тролль. Большой Совет равных тебе признал тебя предателем, заговорщиком и убийцей. Ты приговариваешься к смерти завтра на рассвете. Лорды, мы будем тянуть жребий, чтобы решить, кто исполнит приговор.
— Не делайте этого! Я запрещаю вам делать это! — Сину душили слезы.
— Сядьте, госпожа Сина, — торопливо сказал Бенаре. — Стража, уведите его в надежное место, где он будет ждать справедливого отмщения.
Стражники взяли Ньяла под руки. Он вырвался и повернулся к Другим.
— Если меня убьют, настоящий убийца останется на свободе!
— Ньял — отцеубийца! — прошипела мейга.
Один из стражников схватил Ньяла сзади за шею. Он сопротивлялся изо всех сил, но его скрутили и уволокли в Святилище Китры.
— Свободу Ньялу! — крикнул Тим, слишком негодуя, чтобы соблюдать осторожность.
— Свободу Ньялу! Смерть работорговцам! — крикнул пикси рядом с Тимом.
Все разволновались, вскочили. Пикси схватились за кинжалы, Ур Логга пробился к Сине и загородил ее собой. По кивку снефида отряд гномов отступил по обрыву к тропе, осторожно наблюдая за остальными.
Лорды, обнажив мечи, твердо стояли у входа в башню. Но численное превосходство было на стороне Других, и Тим уже подумал, что есть шанс спасти Ньяла. Каково же было его удивление, когда Фаллон вышел вперед и протянул руки.
— Уберите оружие! Большой Совет сказал свое слово! Никто не имеет права нарушить его волю!
— Но Ньял невиновен! — зарыдала Сина.
— Тогда доверься Магии! — сурово сказал ей Фаллон. — Все вы, доверьтесь Закону! Не разрушайте остатки Единства и не разоряйте все, что мы построили! Прислушайтесь к голосу Закона в самих себе!
Минуту стояла напряженная тишина, потом Финн Дарга опустил лук и убрал стрелу в колчан. Снефид опустил топорик. Даже Руф Наб почтительно отступил и склонил голову, когда Фаллон решительно прошагал мимо него, хотя глаза гнома были полны слез. Тим мысленно застонал, а потом простонал вслух, когда Бенаре приказал выставить стражу у башни. Суд над Ньялом завершился.
Бенаре произнес ритуальные слова, распускающие собрание, и Сина кое-как встала. Большинство народа отправилось в теплые шатры, а она расхаживала на краю утеса, глядя на ущелье. Вход в башню охранялся полудюжиной лордов, и Адлер, который был за старшего, отказался впустить Сину. Но вот к ней подошел пикси и передал, что Фаллон ждет ее в шатре.
Чародей сидел у костра на груде подушек и одеял и прихлебывал чай. Когда Сина вошла, он даже не кивнул. Не заботясь о правилах вежливости, Сина подошла к чародею.
— Мастер Фаллон, теперь-то вы должны помочь!
Чародей поднял на нее свои ярко-голубые глаза.
— Я не желаю говорить о Ньяле. Совет вынес решение, и у меня нет права возражать ему. Ньял останется в живых или умрет без моей помощи.
Сина покачала головой, ее глаза налились слезами.
— Вы не правы, Мастер. Без помощи он завтра умрет.
Фаллон с досадой отмахнулся:
— Это другие дела, Сина Больше всего я беспокоюсь о тебе.
— Обо мне?
— Ты отреклась от Магии. Ты продолжаешь отвергать свой Дар. Ты подвергаешь опасности всех нас.
— Мастер, Ньял уже в опасности, в это самое мгновение…
Чародей покачал головой:
