За обедом он узнал самое страшное. Заняв свое место напротив Ура Баффета — одного из своих великанов-собутыльников, и Винка — молодого конюха лорда Бенаре, Тим обвел глазами шатер. Здесь сидели представители всех Племен. Они доедали остатки от вчерашнего пира, но разговаривали вполголоса, и много мест пустовало.
— Где остальные? — спросил Тим.
— Все еще рыдают и вопят, — ответил Винк, обгрызая мясо с кости. — Они все рехнулись из-за этого камня. — Он многозначительно кивнул на Ура Баффета. — Ну и видок у тебя, Тим. Он и тебя побил?
— Кто? — Несмотря на переживания, Тим проголодался не на шутку и радовался, что за столом мало народу. Он наполнил тарелку и налил себе большую кружку пива.
— Твой молодой хозяин.
Винк наклонился вперед и громко прошептал:
— Он ведь драчливый, а? Хотя по нему не скажешь. Говорят, у лорда Адлера башка затрещала так, будто на него единорог наскочил.
— Что? Баффет, о чем это он? — спросил Тим и почувствовал, как мурашки побежали у него по спине. Ур Баффет вежливо отвел глаза, и Тиму стало ясно, что великан знает больше, чем ему самому хотелось бы.
Шепотом, но достаточно громко, чтобы всем за столом было слышно, Винк продолжал:
— Последнее дело нападать на лорда, если ты сам не лорд. А говорят, что Ньял никакой не лорд, а вовсе дикарь лесной! — Винк жадно вглядывался в глаза Тима. — Как ты теперь будешь служить ему, Тим, когда кругом говорят, что он ублюдок? Ну, по твоему лицу вижу, что ты ничего не знал!
У Тима язык отнялся. Он не заметил, что Ур Баффет, измученный смущением, завел разговор о погоде. Все глаза за столом следили за Тимом. Он встал и ушел из шатра.
Сина думала, что понимает, в чем дело и что неладно, но кое-что от неё ускользнуло. Утверждение Фаллона о том, что она получила свой Дар, взволновало девушку, и она все больше и больше злилась на Ньяла: время шло, а он так и не соизволил появиться. Через час после падения Камня вожди Древней Веры собрались в белом с зеленым шатре. Ландес призвал встревоженное собрание к порядку. Сина оглядела огромный шатер, но Ньяла нигде не было видно. Она нахмурилась.
— Ну что? — спросил Фаллон.
— Мастер Фаллон. — Чистый голос Финна Дарги прорвался сквозь общий гомон. — Скажите нам, что это значит.
— Это значит, что Великий Камень разбился, ваша светлость. Все в точности, как вы видели. Вот и все.
Трепеща, как раненая бабочка, мейга Далло затеребила рукав Фаллона.
— Это просто случайность, что мы разбили Камень, ведь правда? Просто неудача? Это могло случиться с кем угодно, ведь так же? Чего не бывает, верно? Я хочу сказать, всякое происходит, и все тут, и ничего в этом особенного нет.
— Сядьте и дайте чародею говорить! — оборвал ее снефид. — Как там насчет пророчества великанов?
Все разом зашумели, и Ландесу пришлось постучать ножнами по центральному столбу.
— Дайте Мастеру Чародею сказать! Вопросы будете задавать потом.
Фаллон подергал себя за бороду.
— Верно, пророчество существует. Китра прорицала, что наступит время, которое она назвала Дракуном — Последние Дни Древней Веры. Мы узнаем его, как она сказала, по ряду знамений. Но важно помнить, что каждый год случаются те или иные из знамений, потому что они — события естественные. Согласно предсказаниям Китры, только тогда, когда все Семь знамений произойдут в течение одного года, Последние Дни непременно наступят.
— А что это все-таки за знамения? — поинтересовался Ландес.
Ур Логга начал медленно перечислять, загибая пальцы:
— Во-первых, предатель воцаряется. Во-вторых, умирает герой. Затем происходит смешение времен года, потом должен разбиться Камень, потом произойдет Исчезновение светила. За этим знамением следует Раскол Пяти Племен и, наконец, гибель Магии.
— Как видите, — сказал Фаллон, — пророчество Довольно непростое.
— Ну, у нас же нет всех этих знаков, — воскликнула мейга возбужденно. — Да у нас нет ни одного из этих знаков!
— Несмотря на ненастье и то, что разбился Великий Камень, невозможно узнать, наступили Последние Дни и нет, — продолжил Фаллон, протягивая руки, чтобы успокоить расшумевшихся Других. — И даже если наступили, это совершенно естественное явление, так что незачем ударяться в панику. Вспомните, Древняя Вера, как все в этом мире, имела начало и середину и однажды будет иметь конец. Таков Закон. Все в мире проходит этот путь, кроме самого Закона. Таким образом, друзья мои, наступили Последние Дни или мы всего лишь по неосторожности разбили Великий Камень, я сказать не могу. Каждый из вас должен выяснить это для себя сам.
— Камни ведь и раньше разбивались, Мастер Фаллон? — спросил Финн Дарга. Его обычно веселые карие глаза были сейчас встревоженными и серьезными.
