Выходя из деревни, дорога поднималась по невысокому каменистому склону, поросшему черными соснами, спокойную тишину которых нарушало лишь пение птиц, подчеркивавшее естественность погоды. Кругом за пределами нашего холма расстилались поля, где паслись овцы и коровы, хрюкали за каменными оградами свиньи. Весьма знакомый ландшафт, может, немного более суровый, чем тот, к которому мы привыкли дома. Дубовые и березовые рощи встречались реже, чем пихтовые или еловые, но трава зеленела, что радовало глаз после выжженной засухой земли Дарбека.
Я спросил об этом Аила, и он ответил:
— Повелители Небес не воюют с нами, мы не делаем им вреда, а они не направляют против нас своих колдовских чар.
— Вы — союзники? — спросил я.
— Рэт объяснит, — повторил он как заведенный.
Я сказал:
— На западном побережье я наблюдал встречу Повелителей Небес с Измененными.
Аил лишь пожал плечами, понукая лошадей. Я подумал, что он сказал нам гораздо меньше, чем знает, и что мне не получить от него ответа. Я устроился на лавке рядом с Рвиан, взял ее за руку и начал описывать то, мимо чего мы проезжали.
До заката мы ехали по укатанной и утоптанной грунтовой дороге, но когда солнце ушло и начали сгущаться сумерки, колеса фургона застучали по каменной поверхности. Вскоре вдоль дороги потянулись каменные стены. Впереди виднелся свет, и вот перед нами оказалась деревня.
Я ожидал увидеть замок или какие-нибудь укрепления, но нашел лишь приземистые дома и хозяйственные постройки, жавшиеся к дороге, точно жителям было не от кого и не от чего защищаться. Аил остановил нашу повозку на широкой площади, где в воздухе вокруг нас сразу же почувствовался приятный уютный запах дыма и приготовляемой пищи. «Бык» отпер дверцу нашей клетки.
Измененный, чьими предками, как я подумал, были собаки, стоял возле освещенной двери, разглядывая нас с явным, но неназойливым вниманием. Он радостно приветствовал Аила, и «бык» ответил ему с той же теплотой. Ступив на крыльцо, я смог при полном свете лучше рассмотреть Измененного, лицо которого было довольно старым, морщинистым, но приветливым.
Он склонил голову в поклоне, словно я прибыл в его заведение обычным путешественником, и сказал:
— Приветствую вас, я — Тир.
Я кивнул и назвал ему свое имя, в ответ на что он улыбнулся и произнес:
— О да. Друг Урта — Сказитель.
Мои глаза округлились от удивления, что меня знают даже здесь, а Тир усмехнулся и сказал:
— Слава твоя опережает тебя, Давиот. Добро пожаловать в Безимар.
Аил представил Рвиан и Тездала хозяину, который, сделав шаг в сторону, пригласил нас войти. Любопытство мое росло.
Зал постоялого двора, в который мы вошли, оказался довольно просторным, у дальней стены находился камин, стойка с бутылками и кружками с одной стороны, напротив нее столы со стульями. Люди, сидевшие там, едва взглянув на нас, прервали свои разговоры. Тир проводил нас в другую, маленькую комнатку, почти все пространство которой занимал длинный обеденный стол. Через высокие застекленные окна в одной из стен был виден двор, куда уже поставили нашу повозку. Тир открыл бочонок и наполнил кружки. Посмотрев вокруг, я не мог найти ничего, что отличало бы это помещение от любого другого подобного заведения у нас в Дарбеке.
Аил заметил мое удивление.
— А ты чего ожидал? — спросил он. — Думал, мы тут живем в пещерах да в берлогах?
— Я не знал, чего мне ожидать.
«Бык» усмехнулся и сказал:
— Разве мы так сильно различаемся, Давиот?
Я подошел к окну и, потрогав стекло, спросил:
— У вас есть производства?
Он кивнул:
— Да, делаем стекло, плавим металл, варим пиво. Мы не варвары.
— Конечно нет, — сказал я. — Если не считать того, что вы держите пленников.
— А Истинные не делают этого? — возразил он. — Не был ли я пленником Тирона? Разве я мог уйти от него, если бы захотел? Не мог, как и обычный бык, купленный крестьянином. Разве мы, Измененные, не в плену в Дарбеке?
Это было и мое собственное мнение, так что спорить я не стал, а, кивнув, улыбнулся, признавая правоту собеседника. Эта страна одаривала меня одним сюрпризом за другим. Я всегда считал «быков»-Измененных довольно прозаичными субъектами, под стать их предкам, но Аил умел говорить и вести дискуссию. Я решил промолчать, чтобы не обидеть его. Пока он вел себя как довольно обходительный тюремщик, и мне не хотелось бы, чтобы что-то изменилось. Я вернулся к столу и сел рядом с Рвиан.
Моя возлюбленная молчала, пока мы с Аилом обменивались фразами, но теперь рискнула задать ему вопрос. Она потрогала кристалл у себя на шее и спросила:
— У вас есть волшебный талант?
Аил заколебался, и я почувствовал, что некоторые темы ему обсуждать явно не хотелось, или просто ему это было запрещено. Он ответил:
— У меня нет, госпожа.
Рвиан улыбнулась этой очевидной отговорке и сказала:
— Истинные тоже не все сплошь колдуны. А как обстоят с этим дела у вас?
Измененный явно чувствовал себя неловко, точно ему совсем не нравилась та роль, которую ему приходилось играть.
— Вам все несомненно объяснят в Требизаре.
Рвиан продолжала: