Повелители Небес полностью

Урт не слишком уверенно кивнул. Он повернул голову и настороженно прислушался, а потом сказал:

— Если вас спросят, отвечайте только, что я хотел убедить вас сотрудничать, и ничего больше.

Слух у Урта оказался куда острее моего, он услышал приближавшиеся шаги Алланин задолго до того, как она появилась на полянке. На «кошке» было изумрудного цвета платье, подчеркивавшее звериную грацию ее движений. Волосы ее, собранные в прическу, охватывал яркий обруч. В глазах светилась злоба.

— Ну, — спросила она резко, — уговорил?

— Я все сказал, — произнес Урт. — Они подумают.

Алланин внимательно посмотрела на него, затем лениво, как кошка, играющая с мышью, перевела свой взгляд на нас.

— Они подумают? — В ее насмешливом тоне чувствовалась нескрываемая угроза. Не знаю, кого должен был напугать оскал Алланин, нас или Урта. — Немного у них времени для раздумий. До конца зимы наши союзники укомплектуют экипажами все свои корабли. К лету — к празднику дня Эннаса — мы будем готовы, и тогда начнется война, Урт. Поднимутся наши люди в Дарбеке, а через море и Сламмеркин ударят Повелители Небес. Я получу сведения от этой магессы, не важно, по ее воле или нет.

К дню Эннаса! К началу лета. Время точно ускорило свой бег. Дни, проведенные нами на борту «Эльфа», медленное путешествие в Требизар — те дни теперь казались мне идиллией, приятной прогулкой, за которую сегодня приходилось платить сполна. Долго ли еще проспит Тездал, как скоро придется мне нанести свой страшный удар? А затем — лицо Алланин встало в памяти как живое — мне, по всей видимости, придется принять нелегкую смерть под пытками. Выхода не было, да и не могло быть. Даже если Урт остался моим другом, все равно он признавал, что не знает ответа, как не видит способа, с помощью которого мы могли бы утишить ярость Алланин. Если бы мы попытались совершить побег, то навлекли бы на себя ненависть всех Измененных. Да и сам-то побег казался мне делом безнадежным…

Когда небо стало бархатно-синим, когда его усыпали звезды, пришел Урт. Какое-то мгновение я еще лелеял надежду, что у него есть план, что он каким-то образом поможет нам… испариться отсюда. Хотя я не знаю, хотелось ли мне этого, когда моей стране угрожала неизбежная гибель.

Я напрасно терзался, плана у Урта не было, только кристалл.

Он не пришел, а прокрался, тихонько прикрыв за собой дверь и сделав нам знак хранить тишину, подошел к столу, доставая из пояса блестящий камень. Он оказался больших размеров, чем тот, который носила на своей шее Рвиан во время нашего путешествия, но меньше тех, которые использовались в склепе, где, как сообщил нам Урт, Тездал все еще продолжал спать. Урт положил кристалл на стол и вытер руки об рубаху, точно боялся, что камень испачкал их.

— Госпожа, — обратился Урт к Рвиан. — Думаю, вы знаете, как этим пользоваться. Научите Давиота, к утру я должен вернуть кристалл. — Он пожал плечами, глаза его были грустны. — Вот все, что я могу сделать, возможно, вы сумеете найти ответ в этом камне.

Я спросил:

— Он поможет нам освободиться? Даст силу Рвиан?

Он ответил:

— Думаю, что нет. Вероятно, он даст только возможность понять. У меня нет магического таланта, но одаренные используют эти камни, они переправляют их на юг в Дарбек, к тамошним Измененным, чтобы обмениваться информацией.

Урт на какое-то время замолчал, видимо испугавшись, что выдал большую тайну. Я тут же вспомнил о том тайном свидании Измененных с Повелителями Небес и спросил:

— В Келламбеке я наблюдал ночью ваших людей и Хо-раби вместе. Для этого они встречались?

Урт кивнул:

— Вполне вероятно. Эти малые суда Повелителей Небес упрощают задачу переправки камней на юг.

Я едва не застонал, когда услышал это, но сделал знак Урту, чтобы он продолжал.

Измененный сказал:

— Может быть, если вы сумеете разобраться с этим кристаллом, для нас троих появится какой-то выход…

Он покачал головой и невесело улыбнулся.

— Тебе нужны были доказательства моей дружбы, Давиот? Так вот, если станет известно, что я дал тебе этот предмет, можешь считать меня покойником. Это строго охраняемая тайна, и если одаренные что-нибудь узнают… Этот кристалл прошел через руки Алланин, а она лишит меня жизни без колебаний.

В голосе Урта не чувствовалось ни малейших сомнений, и когда я посмотрел ему в лицо, недоверие мое исчезло. Казалось, что огромную тяжесть сняли с меня.

Пока мы говорили, Рвиан разглядывала кристалл. Она не касалась камня, точно опасалась его, как человек иногда испытывает отвращение, не желая дотрагиваться до рукояти меча, который ему вот-вот предстоит пустить в ход. Лицо моей возлюбленной выглядело очень обеспокоенным.

— Если кристалл даст нам ответ, Урт, будешь ли ты с нами?

Измененный смело встретил невидящий взор Рвиан.

— Свой народ, Рвиан, я не предам, но если вы найдете способ освободить мой народ, избежав войны, тогда — да. Все, чем я смогу помочь, я сделаю.

— Хорошо.

Рвиан вернулась к кристаллу, а я перевел свой взгляд на Урта. Сколь многое хотелось нам сказать друг другу, но времени у нас не осталось. Он невесело улыбнулся: