Следующие минут тридцать они посмеивались над Джерри, и Рикки немного поднялась духом. Потом Сэм продолжил листать дневник, и почти каждая страница побуждала его вспоминать какую-нибудь забавную историю из детства. На душе стало совсем тепло; за разговорами они не заметили, как за окном стемнело и зажглись придорожные фонари.
Вскоре их беседу прервала вошедшая в комнату Линда.
— Сэмми, все уже поели.
Сэм уловил намёк на просьбу оставить их с дочерью наедине и, пожелав спокойной ночи, удалился.
— Милая, послезавтра в шесть мы ужинаем в ресторане с мамой Джерри. Она знает, что у меня есть дочь, и это, — она протянула белый бумажный пакет с изящной золотой буквой «R» — логотипом одного небезызвестного бренда, — её подарок для тебя. Надень его завтра, пожалуйста. Сэмми привезёт тебя. Я скажу ему куда. И, дорогая, очень прошу, веди себя… вежливо и с почтением. Для меня предстоящий ужин чрезвычайно важен.
Она подошла, поцеловала дочь в лоб и провела рукой по волосам. Затем её взгляд упал на дневник, открытый на странице с тем самым старым свадебным фото.
— Уже много лет прошло, — отстранённо произнесла Линда и поспешила спрятать глаза, словно она сделала что-то стыдное. — Твой отец по-прежнему занимает огромное место в моём сердце. — Тихо, почти шёпотом добавила она. — Но Джерри… С ним я снова ощутила заботу и поддержку, которых мне так не хватало.
— А как же Сэмми? Он любит тебя и всегда во всём поддерживает!
— Да, любит. Как сестру, а тебя как племянницу. Мы семья.
— Ты ничего не видишь, — обиженно сказала Рикки.
Линда смахнула слезу со щеки, ещё раз нежно погладила дочь по голове и ушла, тихонько закрыв за собой дверь.
Следующее утро Рикки встретила в приподнятом настроении, твёрдо решив, что мамины дела не должны касаться лично её. К тому же терпеть Джерри оставалось чуть больше года, а дальше университет, учёба, и будет явно не до домашних перипетий. В конце концов, ей предстояло жить свою собственную жизнь.
Когда Рикки спустилась к завтраку, за столом уже сидел Джерри, спрятавшись за газетой. Услышав шаги, он выглянул из-за её края и оценивающе оглядел девушку. Та спустилась в пижаме, с растрёпанными волосами и бухнулась на стул, поджав под себя ноги.
— Имей совесть, ты здесь не одна, — буркнул Джерри.
— Это мой дом, Джози, — снисходительно сказала Рикки. — Я буду делать, что хочу.
— Джерри вообще-то, — поправил он. — И отныне
— Ну да, как же…
— Просто смирись.
— Что ты там бормочешь, Джонни?
Он наклонился к Рикки и, не переставая улыбаться, спросил:
— Вижу, умственные способности не позволяют тебе запомнить моё имя? Может, стоит попить каких-нибудь витаминов?
— Я просто стараюсь не забивать голову бесполезной информацией.
Лицо Джерри перекосило, как будто ему под нос сунули стухший помидор, но ответить он ничего не успел, к столу спустилась Линда. Дальше завтрак шёл в тишине, лишь изредка перебиваемой бряцанием ложек и причмокиванием.
В девять мама и Джерри уехали в офис. Рикки тоже пошла собираться: каждые субботу и воскресенье она помогала своей лучшей подруге Энни в её сувенирной лавке. Раньше и Энни занималась сёрфингом, но из-за тяжёлой травмы, полученной на соревнованиях пару лет назад, она потеряла способность ходить. Всё случилось на глазах у Рикки. Она-то смогла покорить стихию, а вот Энни повезло меньше. Рикки навещала подругу в больнице и напросилась помогать ей в магазинчике, который Энни открыла после выписки на деньги, заработанные на чемпионатах.
Сувенирный магазинчик располагался на пляже в заливе Кокл и пользовался большой популярностью у туристов. Крошечная лавка предлагала богатый ассортимент: начиная с национального флага любых размеров, фигурок коал, кенгуру, миниатюрных сёрфов, макетов сиднейского оперного театра и заканчивая энциклопедиями, справочниками и разговорниками. Самая большая гордость Энни — стена славы, где разместилось с полсотни фотографий с автографами известных личностей, побывавших у неё в магазинчике. Многие посетители принимали фото за товар и пытались выкупить их, но Энни уверяла, что не продаст коллекцию даже за миллион. Она планировала передать эти сокровища своим детям и внукам.
Сэмми и Рикки приехали в магазинчик с небольшим опозданием. Энни уже натирала витрины, Рикки сразу присоединилась к ней, а Сэм, как обычно, устроился в уголке, открыл очередную книгу и погрузился в чтение. За уборкой девушки не заметили, как солнце достигло зенита. Стали заглядывать первые покупатели.
— Кенгуру на сёрфе пользуются спросом, — сказала Рикки, упаковывая пятую статуэтку за день. — Надо бы заказать ещё.
— Закажем, какие проблемы, — отозвалась Энни.
Ближе к обеду покупателей стало меньше, и девушки немного расслабились. С полчаса стояло настоящее затишье, а потом к ним заглянул высокий темноволосый парень несколько потерянного вида. Он с интересом осмотрелся и, заметив девушек, резко преобразился: приосанился и подошёл к кассе.
