— Здравствуйте, леди, — сказал незнакомец с лёгким акцентом. — Я нездешний, но друзья посоветовали мне эту лавочку. Сказали, что тут лучший ассортимент, а продавцами работают настоящие чаровницы.
Он обольстительно улыбнулся, Рикки смущенно хихикнула.
— Что-то хотели приобрести? — довольно резко спросила Энни.
— Хотел насладиться вашим обществом, если позволите, дамы.
На этих словах из подсобки выглянул Сэм. Увидев незнакомца, он изменился в лице и придушенным голосом произнес:
— Ты…
— Ой! Здрасте! — весело и нараспев сказал парень Сэму.
— О! Вы знакомы? — удивилась Рикки.
Некоторое время юноша сверлил глазами побледневшего Сэма и, наконец, сказал:
— Я живу в Италии, в Бормио, недалеко от матушки мистера Сэмюеля Круза. Мы знакомы заочно.
— Правда? — восхищенно спросила Рикки. — Сэмми, какое удивительное совпадение! А знаете, я обожаю Италию! Мечтаю там побывать однажды.
— Ваше желание весьма понятно. Вся Италия — как произведение искусства, величайшее творение гения человечества, — незнакомец стрельнул глазами в сторону Сэма и снова обратился к Рикки: — Не откажетесь ли вы составить мне компанию завтра вечером? Я намерен посетить знаменитый Сиднейский оперный театр. Я бы с превеликим удовольствием побольше рассказал Вам об Италии.
— Замечательно! Я с радостью…
— Нет, — отрезал Сэм. — Она не может. Пойдем-ка выйдем, поговорим, голубчик.
Сэм и незнакомец ушли, оставив девушек наедине.
— Такой милый и галантный! — сказала Рикки, едва закрылась дверь.
— Ничего подобного, — прошипела Энни. — Ты посмотри на него, весь лощеный, как мокрая выдра! К тому же чрезмерно самоуверен!
— Ой, да брось! По-моему, он само очарование.
— Только не говори, что собираешься пойти с ним в театр…
— А почему бы и нет? — загадочно протянула Рикки и, прихватив подмышку сумку, тоже поплыла к выходу. Энни посмотрела на подругу с лёгким разочарованием, но пожелала удачи.
Дэш Пирс лежал в своей кровати, он давно не спал, но открывать глаза ему не хотелось. Открыть глаза — значило окончательно признать, что вчерашний разговор с отцом не был сном. В голове, как заевшая пластинка, всё крутились слова о том, что он обладатель некой древней Силы. Какая нелепица. Абсолютная глупость. Дурацкий розыгрыш. Дэш буквально ощущал, как внутри него воевала его рациональная часть разума с той второй, что в детстве верила в Санта Клауса. В итоге лишь рождалось море сомнений. А как иначе? Он ведь видел собственными глазами сияние на руках отца…
В дверь постучали, и Дэшу пришлось открыть глаза.
Вошёл папа. Он шагнул к креслу у кровати, присел.
— Я позвонил в школу, — сообщил он, — сказал, что ты себя плохо чувствуешь. Так что… Мы можем закончить наш вчерашний разговор.
— Я надеялся, что мне просто приснился сон, — пробормотал Дэш, глядя в потолок.
Папа по-доброму усмехнулся. Во взгляде читалось глубочайшее понимание.
— Я в свое время почти то же самое сказал своему отцу.
— Ну, знаешь ли, в подобное непросто поверить…
Дэш поднялся и выжидающе уставился на папу.
— Спросишь что-нибудь? Неужели у тебя совсем нет вопросов? — удивился тот.
— Пожалуй, их чересчур много, — буркнул Дэш. — Скажи, а с чего ты вообще решил, что у меня теперь… что именно я…
Он с трудом подбирал слова, точно так же, как вчерашним вечером его отец. Зато сегодня папа звучал намного увереннее.
— Что ты — Носитель? — спросил он просто и естественно, будто в этом нет ничего странного. — Экберт, один из Хранителей, сообщил. Они отслеживают такие вещи. Он сам хотел рассказать тебе легенду, но я решил, что справлюсь сам…
— А они не могут ошибаться?
— Не думаю. К тому же я сам замечал знаки. Помнишь, у нас гостил дядя Эрл? Ты пошёл варить кофе, и когда попытался включить кофемолку, в целом квартале выбило пробки.
— Через пару секунд всё снова наладилось, — заметил Дэш.
— В том-то и дело. Трансформаторы сами не чинятся. А телевизор вечно вырубался, стоило тебе появиться рядом?
— Он давно глючит…
— Не больше двух недель. Вчерашний случай на уроке — ещё одно подтверждение.
— Ладно. Предположим. Но это же не что-то вроде наследственного заболевания? В той легенде, которую ты вчера рассказал, упоминается, что Дух ищет себе Носителя сам. Правильно? Значит, им может быть кто угодно? — спросил Дэш с надеждой.
— В целом, да: предыдущий Носитель покидает наш мир, и Дух…
— Постой! Что значит «покидает наш мир»? — опешил Дэш. — В смысле, умирает? А ты что, ты ум… умираешь?..
— Нет! Что ты, — поспешил успокоить отец. — Другие Носители получают Силу именно так: уходит предыдущий — Дар пробуждается у другого. Но я ведь упоминал, что наша Сила особенная. Она необычная и самая загадочная. Это даже не столько Стихия, сколько её специфическая форма существования. Её движитель. Я далеко не эксперт в вопросе… Наверное, стоило пригласить Экберта…
— Я рад, что услышал это всё от тебя, а не от какого-то незнакомца со странным именем… — вставил Дэш.
