Талмонд побежал по склону наверх как сумасшедший. Остальные едва поспевали за ним. Казалось, что какая-то неведомая сила наполнила его.
Ким услышал, проходя мимо тёмных эльфов, как те шепчутся между собой:
– Азантуль должен прийти.
– Мы не можем больше ждать.
– Надо позвать его.
Остальные ушли немного вперед. Ким не помнил, как снова остановился. Жар, исходящий от кольца, выходил наружу, но теперь это были не пульсирующие волны, а единое пылающее пламя.
– Князь Теней знает, что мы идем к нему. Ему нужно только ждать.
– Да-да… – послышалось эхо.
Шаг за шагом Ким двигался дальше. Казалось, что лестница главной башни бесконечна. Мышцы ног ныли. Но это было ничто по сравнению с болью, вызываемой раскаленным кольцом.
И ничто по сравнению с мыслью об очередной ошибке, которую они совершают.
Ветер продувал его одежду, но ему не было холодно. Он уже не видел того, как Талмонд огромными шагами, перепрыгивая через три ступеньки, бежал по витой лестнице на верхнюю площадку башни. Для Кима в этот миг существовало лишь то, что пылало в его руке.
Фабиан… Его беззвучный крик остался никем не услышан. Фабиан, твой меч!..
Талмонд достиг площадки. В первый момент у него перехватило дыхание, и не столько от подъема, сколько от того, что он увидел.
Отсюда поле битвы напоминало искусно сотканный ковер. Войска внизу то замирали в смертельной схватке, то снова стремительно куда-то двигались, отступали, атаковали, наносили и отражали удары. И казалось, этому неиссякаемому перемещению, мельтешению не будет конца. Можно было различить светлые фигуры эльфов, приземистых гномов, людей, больгов и темных эльфов.
Некто высокого роста, облаченный в черные полированные доспехи, стоявший на зубцах башни, поднял руку и указал вниз, на поле брани. Там в наступление шли больги во главе с огромным воином, на плечи которого был накинут красный плащ.
Из пальца князя Теней вышел луч, который, казалось, состоял не из света, но из чистой тьмы. В том месте, куда он упал, разверзлась земля, и на поле битвы стремительно появился отряд темных эльфов.
– Я здесь! – крикнул Талмонд, вытащив меч, от самый эльфийский меч, который в его руке напоминал игрушку.
Князь Теней медленно повернулся. Его взгляд был презрительным, словно он смотрит на назойливое насекомое, намереваясь его прихлопнуть. Не спеша извлек он черный клинок, как будто созданный из дыма.
– За свободу! – крикнул Талмонд и устремился с поднятым в руках оружием к противнику.
Азратот рассмеялся. Черный вскинутый меч встретил нападающего. Раздался свистящий звук, и Талмонд уставился на оставшуюся в его кулаке рукоятку сломавшегося меча.
Снова опустился черный клинок. Талмонд отскочил в сторону. Удар, предназначенный для головы, пришелся на бедро, оставив кровавый след.
Талмонд упал на колени. Он поднял меч с обломанным клинком, пытаясь защититься. Но не блестящий черный клинок коснулся его, а зазубренный набалдашник посоха. Он ударил Талмонда Турионского в его правый, невидящий глаз. Талмонд выронил обломок меча и закрыл обеими руками окровавленное лицо.
И снова рассмеялся князь Теней.
– Ты глупец, ты не знаешь, что меч, который может меня убить, еще не выкован, – произнес он высокомерно и поднял черный меч для последнего, заключительного удара.
В этот миг серый эльфийский плащ мелькнул в воздухе.
– Талмонд! – крикнул Фабиан. – Лови!
Что-то блестящее просвистело в воздухе. Но и зрячему человеку, не говоря уже о полуслепом, едва ли под силу поймать за рукоятку брошенный меч.
Князь Теней снова засмеялся. Мощным движением, в котором сосредоточилась ярость столетий и триумф, выпавший теперь на его долю, он опустил черный клинок на человека, сидящего у его ног.
В ответ Изратор ярко блеснул в руке Талмонда.
Со стоном поднялся Талмонд и отразил удар темного клинка. Высоко поднял он свой меч и чуть помедлил, прежде чем нанести смертельный удар.
В этот же миг черный клинок князя Теней, круто развернувшись, вошел ему в незащищенный бок. Оба противника замерли, соединясь в смертельном объятии. Вскоре пальцы Талмонда разжались, он опустился. Но, прежде чем его взор угас, он выдернул черный клинок, вошедший в его тело.
Азратот стоял выпрямившись. Клинок Талмонда вошел ему в легкие. С каждым ударом сердца жизнь покидала его. Азратот сжал рукой кольцо, которое носил на цепочке на шее. Фигура его начала расплываться…
– Нет!
Кимберон встал перед ним. Он вытянул руку. Кольцо пылало в его ладони, но боль казалась теперь чем-то несущественным. Он знал сейчас только тень и огонь, горящий во мраке.
– Может существовать только одно. Одно кольцо, одно время – и во всех образах один лишь Бог, – сказал он.
Князь Теней согнулся. Его фигура растворялась в воздухе. Он начал блекнуть, словно дым на ветру. Из кольца, лежащего в руке фолька, поднялась воздушная струя. Арка из света перекинулась от кольца Кимберона к тому, которое князь Теней укрывал на груди, и превратилась в бесконечно переплетенную ленту. Оба кольца соединились, став единым целым.
От князя Теней не осталось ничего, даже эха, когда пустые доспехи упали на землю.
