Высокий, на голову выше остальных хранов, стройный, гибкий, несмотря на шестидесятилетний возраст, этот представитель одного из древнейших фейрских родов обладал роскошной огненной шевелюрой и безупречными чертами лица. Его портило только странное пятно, напоминавшее змеиную кожу. Оно тянулось по левой скуле, расползаясь дальше по виску до самого лба, немного залезая на веки. Стоило а-Эмиллану не стягивать локоны на затылке, и никто бы не обратил внимание на пятно, однако то ли увечье было призвано постоянно напоминать главе госохранки о чём-то, то ли по какой-то другой причине прятать его фейр не желал. Достоверной истории, рассказывающей о появлении загадочной "змеиной шкурки" не существовало до сих пор. Вот домыслов - сколько угодно! Самая распространённая из них - легенда о том, что пятно главе госохранки оставила сама Маргаритка. А-Эмиллан сватался к превласте в год, когда ей исполнилось пятнадцать, предлагая властителю вполне приемлемый вариант оставления любимицы государя в своей стране. Согласно древней традиции, дочь властителя может стать советницей при отце в случае её замужества с главой одного из официальных правоохранительных представительств, то есть Гильдии или госохранки. Вездесущая превласта как раз в этот момент подслушивала "важную беседу" отца, прячась за одним из зеркал в рабочем кабинете государя. Услышав о перспективе стать женой ненавистного "Начальника Над Всеми Хранами", девушка выскочила из укрытия и тогда-то в первый и в последний раз в своей жизни сотворила настоящее проклятие.
Поговаривали также, что памятное пятно а-Эмиллану оставила покойная властительница, которой в первую очередь пожаловалась на "жениха" младшая дочь.
В общем, домыслов была масса. Стоит ли говорить, что главе госохранки все они были только на руку: добропорядочные граждане сочиняли небылицу одну страшнее другой, теша детишек на ночь, а вокруг его учреждения всё выше и выше вырастала изгородь из глубокой, до судорог, боязни.
- Итак, что здесь произошло и где её пресветлие наследница престола? - а-Эмиллан зашевелился, прекратив пронзать Маргаритку насквозь серыми ледышками глаз. У Пустырника создалось такое ощущение, что вместе с ним тихо выдохнула задержавшая дыхание спальня.
- Может быть, вы открутите время в обратную сторону и дадите нам возможность отыскать Фиалку?
- Значит, не знаете, - кивнул своим мыслям глава госохранки. - Кедр, Алоэ, - из стройных рядов хранов выдвинулись двое рослых мужчин, - вниз, в темницы. Если тупица посланник ещё во дворце, тащите в покои.
Храны исчезли в клубах сиреневой дымки, и глава госохранки снова обратился к превласте:
- А к вашему сведению, ваше пресветлие, именно мои лучшие бойцы и заметили опасность первыми. Нескольких из них уже были отправлены вниз для проверки. Вы, взбалмошная девчонка, не смейте при мне ухмыляться! У вас на лице написано всё, что вы хотели бы высказать: "Ха-ха, может быть они ещё и попробуют влиться в стройные ряды попрошаек? Ах-ха-ха!" Запомните, ваше пресветлие, если того потребует обстановка, уж будьте спокойны, вольются. И даже после смерти будут поставлять мне сведения.
- Теперь я вижу, чем объясняется преданность вам ваших ручных летучих змей, - тихо произнесла Маргаритка, бесстрашно глядя в глаза главе госохранки. - Не удивлюсь, если душники получаются из бывших глав учреждения, которые даже после смерти не могут существовать, не вытягивая из живых существ их души.
Ученик мага сделал шаг назад, но вид гордо выпрямившейся перед самим а-Эмилланом хрупкой превласты заставил его едва ли не покраснеть от собственного малодушия. Усилием воли удержавшись от того чтобы вжать голову в плечи, Пустырник вытянулся на месте, как будто палку проглотил. Глава госохранки наконец-то обратил на него внимание, только смерил несчастного таким уничижительным взглядом, что фейр всё-таки залился краской, осознав очевидный идиотизм своих действий.
- Очень... очень мило, ваше пресветлие... - криво усмехнулся а-Эмиллан, выразительно переводя взгляд с Пустырника обратно на Маргаритку. От подскочившего в спальне наследницы напряжения зазвенели осколки зеркала, прекратив жалобно похрустывать под ногами незваных гостей. Но опустевшая мраморная рама затянулась сиреневой дымкой, предваряя возвращение посланцев а-Эмиллана. В полном молчании они посмотрели по очереди в глаза начальнику, и тот пару раз кивнул. - Мои подозрения практически оправдались, ваше пресветлие! - снова обратился он к замершей Маргаритке: - Признаюсь, ваша сестрица уже перестала удивлять и забавлять, дело наконец-то дошло до стадии утомления...
- Пресветлая Лагрима, я уже выспаться бы успела, пока вы произносите свои фразы! - вспылила превласта.
- Как угодно, - сухо откланялся агр. - Наследница самолично заявилась в темницы и высочайше потребовала, чтобы пленника немедленно отпустили. А затем отправилась "прогуляться с ним по саду, а то от долгого сидения взаперти ноги затекают". С тех пор их и след простыл. Что скажете?
