Наконец-то, после случившейся трагедии, которой ну так не доставало нашей доблестной милиции, братца изолировали и от общества и от нас. Казалось бы, мы на долгое время вновь облегченно вздохнули. А я, не переставая, надоедала отцу с просьбой о размене квартиры. В противной случае, обещая уехать куда-либо с Русланом насовсем. Иногда, в расстроенных чувствах, просто сидя на кровати в комнате, ревела от безысходности, а Русланчик, осознавая, что причиной тому дед, бежал к нему с игрушечным пистолетом, и на половину играя, требовал не обижать его маму, стрельнув пластмассовым шариком прямо в лоб деда. И сам, испугавшись действий рассерженного дедули, скорее убегал от него, было немного забавно.
А тем временем, подруге Светлане и ее мужу дали квартиру в новом доме, рядом с нами. Выходя на балкон, мы всегда махали друг другу рукой.
Как-то приболел Руслан, из-за простуды он немного капризничал, а я нервничала, предполагая, вечером пойти в гости к Светлане. Был повод. Там находился ее брат, который хотел меня видеть. Уговорив Руслана и попросив маму присмотреть за ним, я ушла к подруге, где мы просидели не так уж и долго. А после Виктор позвал меня прогуляться до дома его мамы, которая всегда очень любезно относилась к моей персоне. Я прекрасно знала, что на завтра, все будет, как и было, но ничего не могла поделать со своими чувствами. В доме тети Вали чувствовала себя не уютно, хотя мама Светланы была крайне приветлива. Был поздний час, в душе было не спокойно за Руслана. Стоял выбор – либо бежать домой, либо остаться с Виктором до утра, в ожидании очередного упрека сердитого отца. Оставшись наедине с другом, я была несколько взвинчена, постоянно думая о ребенке, а Витек хотел ласки и взаимности, но был слишком пьян. Еле уговорив его и практически мгновенно усыпив, резко собравшись, я бежала домой поздней зимней ночью. Руслан уже спал, но мама жаловалась, что он чувствовал себя плохо и плакал, а отец, как я и ожидала, злился, ворча в мой адрес.
Виктор, как представлялось мне, проснувшись поутру, был несколько ущемлен и обижен. Он все чаще уезжал на заработки в Россию, а я продолжала в тайне скучать и ждать его.
Близилась осень. Брата осудили, но потерпевшие были недовольны сроком его наказания. И это было понятно.
А я, взяв очередной отпуск, решила уехать из Серебрянска окончательно, перед этим сделав развязку «боем». Наспех собрав кое-какие вещи, продала свой большой ковер, тем самым окончательно убедив отца в своих намерениях, а заодно сильно расстроив его этой продажей, он очень чувствительно и болезненно переживал мою очередную выходку.
Наша поездка в Харьков дала неожиданный толчок в мышлении отца. Он, опасаясь потерять общение с Русланом, стал серьезно призадумываться о размене квартиры, да и мама постоянно упрекала его в том, что если мы уедем, во всем будет виноват лишь дед.
Понимая, что победа не за горами, я усиленно искала варианты размена квартиры, часто вывешивая объявления на улице, при этом зная о злости и недовольстве семьи среднего брата и волнении сестры, их всех устраивала данная позиция, в том были свои удобства и интересы.
…Вернувшись из Харькова, я с новыми силами принялась за работу.
А в нашу квартиру тем временем стали приходить люди с различными вариантами обмена, которым в мое отсутствие, отец всячески отказывал, ссылаясь на различные причины.
Жившая не далеко от нас уже не молодая семья, все же оказалась более настойчивой, решив вновь поговорить на тему обмена в выходной день, тем самым застав дома и меня. Очень радуясь, я соглашалась на обмен и любые условия, как говорится, брала «кота в мешке». Родители успевшие посмотреть вариант предлагаемого размена, были не очень довольны, так как предстояло менять новостройку улучшенной планировки, на квартиру без балкона с маленькой кухней, в старом доме. В свою очередь, я даже и не собиралась знакомиться с вариантом будущей квартиры, соглашаясь на все.
Кое-как уговорив и убедив отца, мы подали документы в администрацию. А так как наш городок был сам по себе не велик, то и особых сложностей по оформлению в те времена не было. Получив ордер, я с волнением, «как бы кто не сглазил», старалась все делать без особой огласки. Впереди предстоял переезд, была нужна машина. Ничего не оставалось, как обратиться к среднему брату, с просьбой, договориться со своим дружком – водителем, Виктором М., живущим в соседнем с ним доме, который, в какой-то мере был мне симпатичен. Где-то в душе я даже радовалась предстоящей возможности знакомства и общения с ним, хотя заочно мы были давно наслышаны друг о друге. Он был крепкого телосложения, с приятными чертами лица, хотя не высокого роста. Зная, что девчата со вздохом посматривают в его сторону, я совсем не представляла кто он, каков его внутренний мир.
