В «палате люкс» всё было приготовлено для встречи. Перед журнальным столиком стояли два массивных кресла. На сервировочных столиках приготовлены вина, прохладительные напитки. У стены стоял массивный аппарат для приготовления кофе. Станислав ждал Иисуса, расположившись в кресле. Когда он вошёл, Станислав поднялся и жестом пригласил сесть в кресло напротив.
– Что будете пить?
– Пожалуйста, чашечку эспрессо, без сахара.
Телохранитель налил две чашки кофе, неловко поставил их на столик и удалился за дверь. Пока он это делал, Станислав невольно сравнивал того и другого. Как неловок был телохранитель и сколько силы и харизмы в каждом движении Иисуса!
«Это такая же разница, как между моим первым автомобилем „Москвич“ и автомобилем, на котором я езжу сейчас, если можно сравнивать людей с машинами. Колоссальная разница! И это один и тот же биологический вид! – подумал Станислав. – Интересно, а как же я выгляжу?»
– Вот пять тысяч долларов, – по-деловому произнёс Станислав.
Произнёс без торжественности и без небрежности, так, как это нужно делать: не заостряя внимания и не пренебрегая ими полностью, отводя должное место для денег и оставляя простор для беседы. Это являлось важным, почти мистическим действием, которое Станислав отработал, как и другие действия, на различных этапах переговоров. Он различал в этих действиях множество тонкостей, неведомых дилетантам.
На таких тонкостях можно либо приобрести, либо потерять, и иногда очень много. Очень важен момент, когда человек берёт деньги. Нельзя прямо следить за его реакцией, но и нельзя ничего упустить. В этот момент проявляются многие скрытые мотивы и намерения человека. Это тот момент, когда можно «просечь» человека, как при игре в покер. Всё, абсолютно всё в этот момент имеет значение… Вздох облегчения, медлительность или поспешность, нарочитая небрежность или легкомыслие, настороженность и недоверие или удивление легкости получения денег…
Иногда человек «дуреет», поспешно пряча деньги, и дальше из него можно выжать самые выгодные условия сделки. Иногда, наоборот, получив деньги, оппонент считает, что этим он уже переиграл вас, показывает, что, принимая деньги, он делает вам одолжение и готов выжать вас как лимон, – это преддверие нелегких переговоров. Ведёт ли себя человек в этот момент естественно или начинает что-либо из себя изображать, солидны ли его действия или беспокойны – важно всё…
Иисус, глядя на Станислава, заразительно рассмеялся. Засмеялся и Станислав.
– Ну вот! Как хорошо мы понимаем друг друга, – облегченно вздохнул Станислав, – это даже приятно.
– Здесь ничтожная сумма, а вы думаете об этих деньгах, а не о том, о чём спрашивали!
– Да-да! Вы правы! Привычка, можно даже сказать, навязчивость. С вами мне делить нечего… Ну, так как, есть ли Бог или нет ли Бога? Что будет после смерти, чему она подобна, наша смерть?
– Есть Бог или нет Бога – для вашей жизни это не имеет никакого значения. Ну а после смерти вы получите то, что заслуживаете. Как бы вы при жизни ни старались что-либо сделать, изображая из себя что-то другое, а не то, что вы есть, вас всё равно раскусят, просекут. Так что будьте тем, кто вы есть. Всё остальное бесполезно. Ну а смерть подобна августу 98-го года.
– Как? Подобна дефолту? Как это хорошо сказано! Это понятно! – обрадовался Станислав.
– Вы ведь знали, что рухнет пирамида ГКО, но не знали, когда это произойдёт. Так же вы не знаете, когда вы умрёте. Кто-то подготовился к дефолту и выиграл на этом; кто-то не подготовился и проиграл. Не подготовиться к смерти так же глупо, как и не подготовиться к дефолту. Как подготовиться к смерти и какая там валюта, каждый получает свой намёк. Вспомните! О том, что будет дефолт, вам в своё время намекал один ваш приятель…
– Да, было! Конечно! Он мне намекал, и именно в нужный момент. Но он же не говорил, что знает точно!!! Может быть, он сам точно не знал, а это были всего лишь его опасения?
Иисус улыбался, и Станислав в этой улыбке почувствовал, что Иисус улыбается тому, как медленно, со скрежетом работают мозги Станислава.
– Да, конечно, вы правы: он это точно знал! – Станислав встал и начал нервно ходить. – Если бы он это точно не знал, то подготовился бы только частично, на всякий случай «разложил бы яйца по разным корзинам». А так у него к дефолту не было ни одного рубля, ни одной облигации! Но мне-то он не сказал, что знает об этом абсолютно точно!
– Это был намёк. И потом, если бы он сказал вам, что располагает точной информацией, – поверили бы вы ему? Сначала вам бы захотелось доказательств, потом вы стали бы наводить справки самостоятельно. Зачем «генералу» убеждать вас? Вы же никому не доверяете! А человек, который не доверяет никому, сам доверия не заслуживает.
– Да, и теперь «генерал» – видный человек в стране, а я тогда потерял очень многое. Но всё же – то, что я никому не доверяю, разве это не сильная позиция для банкира?
