В своих родных местах они нашли странные события. Зеркало Галадриэль не солгало: знакомые деревья были вырублены, знакомые уютные домики разрушены, и на их месте выросли угрюмые, некрасивые постройки, напомнившие Фродо и Сэму поселки Орков в Мордоре. Шир был захвачен свирепыми пришельцами откуда — то с востока; и Мерри с Пиппином узнали их с первого взгляда — это были коренастые, толстоногие, большеротые, с раскосыми глазами Орки Сарумана, нахлынувшие сюда после разгрома по ту сторону Туманных гор.
Они беспощадно запугивали, притесняли, грабили беззащитное население, но с прибытием Кольценосца и его друзей этому пришел конец. Мерри и Пиппин показали, что не напрасно участвовали в битвах, и очень скоро пришельцы, не ожидавшие сопротивления, были побеждены, разгромлены и изгнаны из пределов Шира.
Оставалось только найти их предводителей, и велико было изумление Фродо и его товарищей, когда они разыскали его и узнали в нем Сарумана!
Увидев их, он злобно засмеялся, начал издеваться над ними и хвалиться тем, сколько несчастья причинил в Шире. — Это вам за то, что вы сделали со мною, — сказал он. — Вы и ваш приятель — колдун. Мне приятно думать о том, что я посчитался с вами.
— Если это может быть для вас приятным, — ответил Фродо, — то мне вас жаль. Но вам придется удовольствоваться только воспоминаниями. Уходите отсюда и не возвращайтесь больше!
Но Хоббиты, во множестве собравшиеся вокруг, зароптали. — Не выгоняйте его! — говорили они. — Он злодей и убийца. Смерть ему! — Так велик был гнев этих добродушных существ, что они готовы были убить его на месте, своими руками.
Саруман окинул их всех насмешливым взглядом. — "Смерть ему!" — передразнил он. — Попробуйте, если посмеете, мои добрые Хоббиты! — Он выпрямился; его мантия, когда — то белая, была теперь грязно — серой, но темные глаза сверкнули, как и раньше. — Кто сразит меня, тот погибнет сам, а с моей смертью проклятие упадет на весь Шир. Попробуйте теперь убить меня!
Хоббиты попятились. Но Фродо сказал: — Не верьте ему! Он потерял все свои колдовские силы, кроме голоса, которым умеет запугивать и покорять, если вы поддадитесь ему. Но я не хочу его смерти: она бесполезна. Уходи отсюда, Саруман, и уходи поскорее!
— Черный! Черный! — позвал Саруман, и из ближайшей хижины выполз Грима, похожий на голодного пса. — В путь, добрый Грима! — сказал ему Саруман. — Нам с тобою нет места здесь.
Он повернулся и двинулся по дороге, а Грима заковылял за ним вслед.
Но, поравнявшись с Фродо, Саруман вдруг выхватил кинжал, блеснувший на солнце, и ударил его. Удар был нацелен метко, но лезвие сломалось о кольчугу из митриля, а Хоббиты, с Сэмом во главе, набросились и сбили Сарумана с ног. Сэм выхватил меч и замахнулся.
— Нет, Сэм, — произнес Фродо, — не убивай его даже сейчас. Он не ранил меня. И когда — то он был велик и благороден, и мы не посмели бы тогда поднять на него руку. Пусть он уходит!
Саруман встал, и в его глазах, когда он взглянул на Фродо, были и удивление, и уважение, и ненависть. — Так я должен быть обязан тебе жизнью.
Хоббит? — сказал он. — Но я ненавижу и ее, и тебя. Я уйду отсюда, уйду навсегда, но не ожидай, что я пожелаю тебе здоровья и долгой жизни, у тебя не будет ни того, ни другого.
Он двинулся в путь, и Хоббиты расступились перед ним, но сжимали руки на оружии так крепко, что суставы у них побелели. Грима нерешительно двинулся вслед за ним.
— Грима! — окликнул его Фродо. — Тебе не нужно уходить. Ты не сделал мне никакого зла, насколько я знаю. Ты можешь оставаться здесь, пока не найдешь в себе силы идти собственным путем.
Грима приостановился и оглянулся, готовый остаться, но Саруман обернулся и сказал насмешливо: — Собственным путем? Никогда! Грима делал и всегда будет делать только то, что я прикажу ему. Если я захочу, то — будь я даже далеко отсюда — он убьет любого из вас, как уже убил многих. Лучше отпустите его со мной.
В глазах у Гримы вспыхнуло красное пламя ненависти. — Если я убивал, то лишь по вашему приказу, — прошипел он.
Саруман злобно засмеялся. — А ты всегда исполняешь их? — произнес он.
- Ну, так я приказываю тебе: идти за мной! — Он ударил Черного по щеке и повернулся, чтобы идти. Но тут ненависть Гримы взяла верх. Зарычав, как дикий зверь, он прыгнул Саруману на спину, схватил его за горло и задушил, а потом с воплем кинулся бежать по дороге. Не успел Фродо опомниться, как зазвенели сразу три тетивы, и Грима упал мертвым.
Труп Сарумана окутался серой дымкой, и эта дымка, поднимаясь, приняла вид гигантской закутанной фигуры. На мгновение фигура замерла, обратившись на запад, но с запада налетел холодный ветер, и она развеялась со вздохом и обратилась в ничто. И никто еще не успел шевельнуться, как останки, лежавшие на земле, обратились в кучку высохших костей, словно смерть уже давно владела им.
После изгнания Орков и гибели Сарумана Шир быстро вернулся к прежней жизни. Все постройки Орков были уничтожены, все дома и поля восстановлены.
