Ущелье было длинное и мрачное, полное грохота воды и шума ветра. Когда оно повернуло к западу, стало совсем темно; но вскоре Фродо увидел впереди полоску света. Она быстро расширилась, и лодки, одна за другой, вырвались на простор озера.
Солнце давно уже перешло за полдень, и в небе тянулись белые перья высоких облаков. Река расширилась, превратившись в длинное, овальное озеро с холмистыми серыми берегами. На южном, дальнем конце озера виднелись три пика; средний, выше остальных двух, стоял от них отдельно, как островок посреди реки. Издали с ветром доносился несмолкаемый глухой рокот — шум водопада Раурос, как сказал Арагорн.
Отряд отдохнул немного, плывя по течению посреди озера, но потом снова взялся за весла. Западные склоны холмов одевались тенью, солнце заходило, большое и красное. Темные пики все приближались, и шум водопада становился громче. Ночь уже опустилась на воду, когда лодки, наконец, подошли к берегу в тени утесов.
Кончился десятый день плавания. Пустынные места остались позади. Теперь им предстояло выбрать, в какую сторону двинуться, на восток или на запад.
Предстояло выбрать последний этап своего пути.
Арагорн ввел все три лодки в правый рукав реки. Здесь, на западном берегу, от подножья Амон Хена до самой воды расстилался обширный зеленый луг. Дальше поднимался склон холма, поросший деревьями, и оттуда струился журчащий ручеек.
— Здесь мы заночуем, — сказал Арагорн. — Это луга Парт Галена, прекрасное место для отдыха в летние дни. Будем надеяться, что оно еще безопасно.
Они вытащили лодки на берег и устроили стоянку. Решено было держать стражу всю ночь; однако никаких признаков опасности не было. Если Голлум и продолжал преследовать их, то оставался невидим и неслышим. Все было спокойно, но Арагорн тревожился во сне; в конце концов он проснулся и подошел к Фродо, стоявшему на страже.
— Почему вы проснулись? — спросил Фродо. — Сейчас не ваш черед.
— Не знаю, — ответил Арагорн, — но во сне я ощутил тень и угрозу. Прошу вас, обнажите меч.
— Почему? — удивился Фродо. — Разве враги близко?
— Посмотрим, что скажет ваш клинок, — ответил Арагорн. Фродо извлек Жало из ножен, и с тревогой увидел, что клинок слабо светится. — Орки! — сказал он. — Не очень близко, но все же слишком близко, по-моему.
— Мне тоже так кажется, — произнес Арагорн. — Но, может быть, это только лазутчики Мордора, шныряющие по склонам Амон Ла. Я еще никогда не слыхал, чтобы они были и на Амон Хене. Но кто знает, что может случиться в эти мрачные дни, когда Минас Тирит не в силах больше отгонять врагов от Андуина? С завтрашнего дня нам придется быть очень осторожными.
День взошел словно в огне и дыме. Дымом были черные тучи, лежавшие на востоке, а огнем — багровый свет всходившего из-под них солнца; но вскоре оно поднялось сквозь них в ясное небо. Вершины утесов оделись золотом.
Фродо взглянул на восток и увидел скалистый остров, отвесно поднимающийся посреди реки: остров Тинд. Над его обрывом поднимались, одна выше другой, верхушки деревьев, карабкающихся по крутым склонам, а еще дальше виднелась голая, неприступная каменная вершина, над которой кружились птицы.
После трапезы Арагорн собрал Отряд вокруг себя.
— Настал, наконец, день выбора, который мы откладывали так долго, — заговорил он, обводя их всех испытующим взглядом. — Что станется с нашим Отрядом, который шел вместе столько времени и так дружно? Пойдем ли мы на запад с Боромиром и присоединимся к Гондору в его борьбе, или повернем на восток, навстречу Мраку и Ужасу, — или разойдемся в разные стороны, кто куда хочет? Но, что бы мы ни решили, мы должны решать быстро.
Медлить здесь нельзя. На восточном берегу стоит Враг, мы это знаем; но боюсь, что Орки очутились уже и по эту сторону реки.
Он умолк, и никто не решался ни заговорить, ни шевельнуться.
— Ну, Фродо, — произнес он, когда молчание стало нестерпимым, — решение принадлежит вам. Вы — Кольценосец, назначенный Советом. Вы один можете выбрать свой путь, и я не могу вам советовать. Я не Гандальф, и хотя я старался заменить его, но не знаю, какие намерения или какие надежды были у него на этот час, — если они и были. Вероятнее всего, будь он сейчас с нами, он предоставил бы решение вам. Такова ваша судьба.
Фродо ответил не сразу, потом произнес медленно: — Я знаю, что нужно спешить, но не могу сделать выбора. Мне тяжело решать. Дайте мне еще час, и тогда я скажу. Я хочу побыть один.
Арагорн взглянул на него с любовью и состраданьем. — Хорошо, Фродо, — сказал он, — мы даем вам этот час, и вы будете один. Мы подождем вас здесь.
Но не уходите далеко — не дальше, чем за пределы зова.
Фродо с минуту сидел, не шевелясь, низко опустив голову, потом встал и медленно пошел прочь; и хотя все остальные сдержали себя и не смотрели в его сторону, но Сэм заметил, что, пока Кольценосец не исчез среди деревьев у подножья холма, Боромир провожал его пристальным взглядом.
