– Как хочешь. – Сага раздраженно закинул саке в глотку. – Как хочешь.
Прежде чем мы разошлись, небо нахмурилось, затянуло тучами, и хлынул дождь.
И не прекращался целый месяц.
Дождь лил днем и ночью, прерываясь ненадолго и начинаясь снова. Настоятель Экаи выдал мне из храмовых запасов старый зонт с аккуратно заклеенными дырами в промасленной бумаге, за что я был ему крайне благодарен. В такое время невозможно выйти на улицу, не промокнув.
По всей Поднебесной в эту пору сажают рис.
Сидя наедине с ящиком и глядя на дождь, я размышлял.
Нет, это не те люди, отдав которым ящик я буду считать свою службу оконченной. Ни Сага, ни тем более господин заместитель. Вот если бы можно было передать ящик господину нашему князю в ссылку. Это было бы совершенно незаконно, но эта мысль некоторое время грела меня в эти сырые дни.
Господин старший садовник умер…
Я не мог оплатить достойную поминальную службу, я не знал его посмертного имени, я возжег в память господина старшего садовника палочки благовоний перед алтарем храма Кэйтёдзи и помолился о его достойном воплощении.
Я с грустью созерцал прошлое и со смирением озирал сиюминутность, понимая, что теперь между мной и тьмой неизвестности впереди нет больше никого.
Слышал разговоры прихожанок, покидавших храм:
– Ну, наконец хоть сегодня высплюсь! Я спать уже не могу, все жду пожара, даже снится, что бегу уже, детей в обнимку, а позади огонь. Ужас.
– Хорошего сна вам, хозяйка.
– И вам, почтенная!
Я покачал головой. Опасение пожара не мешало мне спать ночами.
А позже у ворот нашего квартала меня нашел Сага.
– Господин Исава, – позвал он. Зонт у него был сильно получше, чем у меня.
– Господин Сага?
– Мы можем поговорить? – вежливо спросил он. Он был тревожно чист и трезв.
Мы уединились за столиком в «Обанава». Сага заказал чай на двоих.
– Я поговорил о вас с господином заместителем главного советника, – произнес Сага. – Виделся с ним недавно. По одному делу.
– Вот как?
– Да. Он вас помнит. В связи с каким-то громким сэппуку. Сказал, что хочет поговорить с вами.
– Поговорить? Со мной? Но о чем?
– Вот не знаю. Но настаивал сильно. Даже монету дал. Так что я тут, простите, как бы по службе.
Я ни на минуту не поверил, что он хочет поговорить со мной ради меня самого. Ящик и только ящик интересовал господина заместителя. Он точно знал, что несет с собой наш отряд. И знал, наверное, что мы не дошли вовремя и не сдали деньги казначею. Все очевидно. Но что делать мне? Я уже решил, что ящик ему не отдам. Но на что мне придется пойти для этого?
– Он сказал, что у вас остался груз княжества, – произнес Сага, глядя мимо меня.
– И что, если так?
– Настаивал на том, что имеет право получить его.
– Вот уж не думаю, – тихо ответил я.
– Вы так думаете?
– Полагаете, я ошибаюсь? Кто он мне такой, господин первый заместитель господина советника? Мы все тут ронины, и не ему что-то требовать от меня.
Сага перевел ничего не выражающий взгляд на меня и произнес:
– Он это предвидел. Потому и заплатил мне.
Вот даже как. А Сага плату взял. Убийца на работе. Нет, прямо здесь убивать меня он не будет. Но позже будет случаев в достатке.
А ведь мы из одного княжества. Кем все мы стали…
– Не беспокойтесь, господин Исава, – произнес Сага. – Я не взял бы денег, чтобы убить вас. Заместитель советника предлагает поделить груз на всех. Мы имеем на это право. Пусть хоть что-то нам достанется. Я знаю, что вы не потратили ничего. Вы честный человек и верный воин.
– Это так, – согласился я. – И именно поэтому заместитель советника не получит ничего.
Сага едва заметно вздохнул:
– Вы не молодой человек уже, Исава.
– Вы на что-то намекаете, Сага?
– Нет. Просто говорю очевидное. Лучше бы нам договориться. Нам всем будет лучше.
– Я не убежден.
– Ладно. – Сага встал, сунул меч за пояс. – Я передам заместителю советника ваши слова. Пусть он думает. Еще увидимся.
Развернул на входе зонт и ушел в дождь.
Я так и не придумал, как дать о себе знать ссыльному князю. Не было у меня никаких способов. Все это оказалось иллюзией. Ящик тяжелым бременем давил на мое чувство долга. Теперь я не мог забыть о нем посреди повседневности. И я уже не знал, что мне сделать, чтобы было правильно.
А потом Сага явился еще раз. Уже в храм. Выяснил, где я живу. Видимо, очень хотел.
– Господин Исава, – тихо позвал он меня сквозь шелест дождя. Я едва его услышал. А услышав, схватился за меч. Я все понял по его взгляду. Он пришел забрать ящик – любым путем.
Так мы и стояли некоторое время, одна рука на ножнах меча, другая держит зонт. Никто из нас не решался бросить зонт первым и перейти грань необратимого.
– Сага, – тихо произнес я. – Что он тебе приказал?
– Он сказал, что там пять тысяч рё. Золотом, – пробормотал Сага.
– Там не может быть так много. Триста мелкой монетой самое большее. Там займы под расписки людей нашего княжества и какие-то деньги по векселю под урожай от торгового дома Едоя.
– Да хоть бы и сто. – Сага оскалился. – Я и за один рё людей уже убивал.
– Ты воевал, Сага? – вдруг спросил я.
Он вздрогнул. Под дождем душно и сыро.
– Нет, – ответил он. – Не успел.
