Можете себе представить, как ободрял немецкую армию такой упадок духа среди врагов. К ней пришло второе дыхание. Все знали, что с приходом весны начнется последняя великая битва, в которой немцы победят французов и англичан, а потом наступит мир, и все смогут вернуться домой. Предвкушая это, они несказанно радовались.
От победы к победе Германия приближала конец войны, но тут случилось нечто ужасное, ошеломившее и ослабившее немцев, а неприятелю, напротив, вновь придавшее сил. Виноваты в происшедшем были социал-демократы; об этом позорном событии стоит рассказать.
Во время войны все важнейшие германские предприятия изготовляли оружие: снаряды для пушек, ружья, пулеметы… Промышленные производства, на которых все это изготавливалось, назывались заводами боеприпасов. Чтобы солдаты не знали недостатка в боеприпасах, работа на таких предприятиях не прекращалась ни днем, ни ночью. Там работали подростки, которых еще не брали на войну, женщины, девушки и старики. Все они получали достойную зарплату.
Если бы производство на таких заводах остановилось, солдаты не получали бы больше снарядов, им нечем было бы сражаться, и враги перебили бы их. Все это прекрасно понимали лидеры социал-демократов, которым не давало покоя, то что прежде многочисленные их сторонники – немецкие рабочие, не только больше не слушали их речей, но и стали храбрыми солдатами. Главари социал-демократов не желали, чтобы немецкий кайзер со своим победоносным войском одержал победу. Позже выяснилось, что эти предатели получили деньги на подрывную работу против кайзера и Германии от французов. И вот что они придумали: начали писать в газетах, что труд на заводах боеприпасов оплачивается все хуже и хуже. Агитаторы, подосланные ими на фабрики, стали возмущать рабочих, говоря: "Зачем вы позволяете, чтобы ваш труд так низко оплачивался? Пусть прислушаются к рабочим! Бастуйте! Это лучше всего! К тому же если вы не станете выпускать боеприпасы, солдаты не смогут стрелять, и наступит мир. Мы все равно не сможем победить более сильного противника". Не сразу, но все же люди на военных заводах послушались их, и производство боеприпасов на несколько дней остановилось.
И вот французы и англичане прочитали в своих газетах: "Забастовка на военных заводах Германии!". "О, это великолепно, – решили они, – оставшиеся дома немцы не хотят продолжения войны, они бастуют и больше не повинуются своему правительству. Германия больше не будет производить оружия Теперь нам нечего бояться, скоро боевой дух покинет немецкое войско, и мы победим".
Весть о забастовке дошла до французских и английских солдат, и те решили, что раз так, они еще немного повоюют и дождутся, пока немцы совсем ослабеют, тогда их легко будет победить. Не помогло и то, что короткое время спустя немцы, опомнившись, вернулись к станкам. Вред, нанесенный забастовкой, оказалось невозможно поправить: союзники ободрились, а немецкие солдаты уже не знали наверняка, за что сражаются. "Мы отдаем свои жизни, голодаем, мерзнем и проливаем за Германию свою кровь, – стали думать они, – а в тылу нам больше не хотят помогать? Дома больше не хотят, чтобы мы победили? Тогда зачем воевать?".
Во всем этом, как и чуть раньше в случае с Россией, были виноваты социал-демократы.
Еще один последний раз немецкие войска со всей силой обрушились на своего врага. В марте 1918 года они обратили западных союзников в бегство и продвинулись в глубь Франции. Однако после сообщения о забастовке в Германии неприятель обрел уверенность в своей победе. Даже отступая, французы знали, что немцы долго не продержатся. Они разбрасывали со своих самолетов агитационные листовки, а немецкие солдаты все больше обращали внимание на то, что в них было написано. Все чаще солдаты ругали между собой кайзера, говоря: "Если бы не он, давно бы уже наступил мир!" Адольф Гитлер всеми силами сопротивлялся неприятельской пропаганде. Везде, где только мог, он высказывался против пораженческих настроений, но ни он, ни его единомышленники, оказавшиеся на этот раз в меньшинстве, уже не могли переменить хода дел. А 13 октября 1918 года Гитлеру пришлось не по своей воле оставить поле боя. В окоп, где он укрывался, попала английская газовая граната, которая, разорвавшись, выпустила облако ядовитого газа. Такие химические снаряды называли "желтый крест". Противогазы, защищавшие солдат от других ядовитых веществ, не могли уберечь от начиненного ядом "желтого креста". Газ обжег легкие и глаза Адольфа Гитлера, ему становилось все хуже и хуже. Глаза были поражены настолько сильно, что через несколько часов Гитлер потерял зрение. Его доставили в лазарет, а оттуда – в Германию, на этот раз в Померанию, в Пасевальке.
