После получения решения суда о безосновательности требований по отмене аукциона, ликвидатор Хайло дал объявление о проведении повторных торгов и стал ждать, что выкинет Волжанский на этот раз. Но вскоре стало ясно, что депутату явно не до этого. Он бежал на свою историческую родину, в Израиль, и скрывался там. А вышло вот что: во время охоты в своих угодиях, депутат подстрелил местного жителя, который посмел браконьерить. Может просто пугнуть хотел, но пуля пробила артерию на ноге и парень представился от потерянной крови. Охотился депутат с областным прокурором и начальником милиции, так что можно было не беспокоиться за такие пустяки: приехали оперативники, разложили всё как надо — вот пример неосторожного обращения с оружием. Но вышел прокол — кто-то из обслуги «стучал» политическим противникам из партии социалистов. Те организовали такой скандал, что Верховная Рада почти единогласно лишила Волжанского депутатской неприкосновенности — хотя обычно депутаты своих не сдают. Но будем справедливы — проголосовали, так сказать, на публику, ведь к тому времени этот охотник на людей уже благополучно пересек границу неньки Украины. Позже в желтой прессе прошли даже статьи о том, что в тех лесах за последние семь лет (два срока депутатствования) пропало без вести пятнадцать человек. Местные жители давали интервью, рассказывали, что егеря избивали до полусмерти всех, кто попадался с ружьем в лесах, которые Волжанский стал считать своими.
В феврале, в очередной командировке Батулу, видать, продуло и слег он в постель с температурой. Люська потащила в свою больницу на обследование — оказалось воспаление легких. Две недели в больничной палате. В первых числах марта 2007 года Батула уже выписался и чувствовал себя вполне здоровым, но лечащий врач сделал предписание на санаторное лечение и его отправили с целью, так сказать, общей реабилитации в Карпаты.
Санаторий был крепаковский. Лет пять назад заново построенный на месте базы отдыха современный трехэтажный корпус на 180 номеров. Территория большая — везде сосны, запах хвои — просто сказка.
Богдана поселили в двухместном номере, где уже были разложены чьи-то вещи. За обедом познакомились. Его соседа звали Иван. Высокий кремезный парень лет тридцати, смуглое скуластое лицо, усы и аккуратно зачесанные на пробор черные волосы. Иван был в крепаках уже пятый год. По профессии — механик. Сюда направили подлечить почки, хроническое заболевание у него какое — то. Они много говорили за эти двадцать дней, хотя и были, казалось бы, абсолютно разными людьми. Простая житейская история, рассказанная Иваном, запомнилась Богдану во всех деталях. Он впервые, пожалуй, услышал рассказ о том, как воспринимает Цитадель простой человек, как он пришёл к крепости.
На обратном пути, сидя в купе пассажирского поезда «Львов-Шахтерск» Богдан открыл текстовый редактор на своем «ноуте» и постарался записать рассказ Ивана, так сказать, по свежим следам, пока не забылось — мысль такая появилась: написать книгу о прошлом и настоящем крепаков. Вот эта история:
«После восьмилетки в Большой Юрьевке, райцентре Херсонской области, закончил я ПТУ. Получил специальность — механизатор широкого профиля. Год поработал и ушёл служить в армию. Служил в Крыму. Через два месяца после призыва направили меня в роту охраны какого-то секретного объекта, но командир части быстренько меня определил на работу в дачный посёлок, неподалеку от воинской части. Подробностей, что это за посёлок я так и не узнал, но нас, конечно, предупредили, что это неофициальная работа, дело добровольное, а взамен — два увольнения в неделю (можно было даже ночь прихватывать) и более менее нормальное питание — давали даже фрукты и мясо. Как говорили солдаты, с которыми я работал, командир части полковник Репадзе сдавал нас типа как в аренду местному бизнесмену и своему земляку какому-то там Парапашвили или как то так.
