— Берегово упоминается в исторических документах тринадцатого столетия, — с восхищением рассказывал Балог. — Это один из древних городов, так что внимательнее всматривайтесь в его очертания. — Он выжидательно посмотрел на идущего рядом майора и, убедившись, что тот с интересом слушает его, продолжал: — И несмотря на такой почетный возраст, этот город достаточно молодой: здесь происходили революционные события. Так, например, береговские рабочие, объединенные в социалистические организации, поддержали забастовочное движение в Закарпатье. Первого мая 1909 года они впервые вышли на демонстрацию. А через три года объявили забастовку женщины, занятые на различных предприятиях, — он чуть сжал локоть Тони, мол, знай наших, не подведут, продолжил: — В городе много украинцев и венгров. Почти наполовину тех и других. Так вот, фашисты использовали это, превращали Берегово в центр национальной розни. Ну, что еще вам рассказать? В городе крупнейший в Закарпатье винный завод. Здесь рождаются знаменитые закарпатские вина.
За этой беседой они незаметно прошли почти весь город. Свернули на улицу, обсаженную по обеим сторонам каштанами и черешней. Вскоре остановились у дома, огороженного оцинкованной сеткой. Перед его окнами на грядках цвели ярко-красные гладиолусы, кремовые астры. Майор невольно залюбовался ими. Он на мгновение остановился. Где-то вблизи, на дереве, зарыдала горлинка. Балог повернулся к Тоне и чему-то улыбнулся. Было заметно, как девушка смутилась.
— Вот мы и пришли, — тихо проговорила она. — Прошу в дом.
Щелкнув ключом и открыв дверь, она ввела своих спутников через прихожую в зал. Усадив их, Тоня попросила разрешения удалиться и поспешно вышла. Не успел майор как следует рассмотреть окружающую обстановку, как девушка вернулась с подносом, на котором виднелись тарелочки с сосисками, ломтиками белого хлеба и маленькими чашечками с чаем. Расставив угощение, она села рядом с Николаем и предложила приняться за еду. Постепенно разговорились. Тоня рассказала Винокурову все о своем отчиме и затем встала, достала из комода портсигар. Балог отхлебывал чай маленькими глоточками и в беседе не принимал участия.
— Последний вопрос к вам, Антонина Владимировна, — майор сделал паузу: — Вы уверены, что тогда в магазине встретились именно с отчимом?
— Тут никакой ошибки быть не может. На днях видела его и моя тетя.
— Так, так. Это уже интересно.
— Мы с мамой, чтобы лишний раз не расстраивать тетю, не говорили ей, что он утонул. Тетя — гипертоник. Она, конечно, не так уж расстроилась бы, но всякая весть о смерти, даже чужого человека, действует. Так вот, возвращаясь утром с рынка, тетя столкнулась с ним лицом к лицу, когда тот выходил из сапожной мастерской, что рядом с лютеранской церковью. Она мне потом рассказывала. «Я, — говорит, — поздоровалась и остановилась, чтобы спросить о вас, а он сухо в ответ: «Простите, мадам, вы обознались!» — и, перебросив через плечо сапоги, ушел. Тогда я рассказала тете о мнимой его смерти и о нашей с ним встрече в магазине. Тетушка всполошилась: ей, как и мне, стало ясно, что он не случайно прячется от людей.
— Поразмыслив, я решила узнать, где же все-таки живет отчим. В копии квитанции, которая остается в мастерской, должен быть его адрес. Любопытство настолько охватило меня, что я не выдержала и пошла в сапожную. — Тоня говорила с таким увлечением, что Балог перестал пить чай и внимательно прислушался. — Я сочинила историю, — рассказывала она дальше, — будто у нас был гость и он по ошибке сдал в ремонт сапоги моего брата. И, описав внешность Зубана, попросила отыскать злополучную обувку. Приемщик полистал книжку и сказал:
— Извините, милая девушка, но сапоги уже взяты. Вот роспись заказчика, — и он подал мне книжку. Заказчиком значился не Василий Зубан, а Тибор Береш, житель села Липчи. Я извинилась и ушла. Тете я об этом еще не рассказала.
— Пусть тетя ваша пока останется в неведении, — попросил Тоню Винокуров. — Это никому из вас не повредит. А вы и впрямь, как Шерлок Холмс, все разведали и узнали. Молодец.
Девушка смущенно заулыбалась. Майор встал.
— Благодарю за хлеб-соль и хорошие вести. Кстати, у вас не осталось фотографии вашего отчима?
— У мамы должна быть. Вы к ней обратитесь. Она вам еще больше о нем расскажет.
— Об этом мы уже позаботились. К ней поехал другой товарищ. Подскажите, как мне короче пройти в местный отдел МГБ?
Балог вызвался проводить его. Но майор остановил:
— Не надо. И так я отнял у вас уйму времени, а ведь сегодня выходной.
Винокуров быстро нашел отдел и сразу прошел к его начальнику. Он рассказал о цели своего приезда и о сообщении Антонины Данченко. Слушая майора, тот на карте Закарпатья нашел село Липчу.
— М-да-а-а, — протянул, он. — Липча недалеко от Хуста. Выходит, что Береш проехал девяносто километров с гаком из-за сапог. Не может быть, чтобы в Хусте их негде было починить. Тут явно что-то не то.
Он почесал карандашом у себя за ухом.
