Я не ответил Миле, потому что вдруг увидел, что на шее Рыжего Пса повязан мой синий волшебный платок! Моё сердце заколотилось, к лицу прилила кровь, и, забыв о всякой предосторожности, я подскочил к пиратскому капитану.
– Рыжий Пёс! – закричал я гневно. – Вы вор!
– Конечно, сэр, – ответил он, испуганно пятясь. – Даже больше, сэр: бандит!…
– Отдайте мне платок!
– Разве это ваш платок, сэр?
– Да, мой.
Я рывком протянул руку к платку. Рыжий Пёс отшатнулся и инстинктивно схватил меня за руку. Суставы моей кисти захрустели. Я рванулся, но было уже поздно…
– Что? – как бык заревел Рыжий Пёс. – Ха-ха-ха! Юный джентльмен, кажется, потерял силу? Хаха-ха! Теперь мы посчитаемся с тобой, мальчишка!
– Пустите меня, – кряхтел я, еле ворочая языком от страха и боли. – Пустите!…
Тут Юрка и Мила, мои добрые, славные друзья, как вихрь налетели на пирата. В руках они держали большие палки.
– Мы тебе покажем, морская медуза! – кричал разъярённый Юрка.
– Брюхо акулы! – вторила ему Мила. – Старая ведьма!
Палки мелькали в воздухе и с таким треском обрушивались на Рыжего Пса, что где-то в лесу даже послышалось эхо от их ударов.
Капитан отпустил меня и, закрывая голову руками и страшно сопя, бросился наутёк. Я быстро сказал товарищам:
– Скорей наверх, ребята! Сейчас они вернутся! Плохо наше дело… Теперь они знают, что я потерял силу…
Мы поднялись в пещеру и втащили за собой лестницу.
Пираты долго не являлись. По-видимому, они удрали далеко, оставив своего капитана. Мы беспрерывно высовывали из пещеры головы, напряжённо прислушиваясь к шелесту деревьев и далёкому рокоту прибоя.
Наверно, у меня был очень жалкий вид, потому, что Мила участливо спросила:
– Тебе страшно?
– Страшновато… – сознался я. – А что?
– Так просто… Борик, ты не волнуйся, всё будет хорошо.
– Да я…
– Видишь, Рыжего Пса мы одолели без всякого волшебства.
– Это верно, но…
– Что «но»? – ободряюще говорила Мила. – И жилище без всякого волшебства себе устроили.
– Я ведь не спорю…
– И еды у нас достаточно.
– И знаете, ребята, – взглянул я на лица своих товарищей, – ведь это тоже похоже на волшебство… На острове восемь человек…
– Три человека и пять животных, – поправил меня Юрка.
– Пусть так, – подумав, согласился я. – Трое ребят и пятеро сильных зверей. И эти звери ничего не могут с нами сделать. Разве это не похоже на волшебство?
Мила чуть-чуть улыбнулась:
– А ты прав, у нас есть один добрый волшебник…
– Кто же это?
Она не успела ответить, потому что кусты в отдалении затрещали и на поляну выскользнули пираты. Рыжий Пёс рычал, восторженно потрясая руками.
– Он стал слабым, как мокрица! Я мог бы свить из него верёвку! Мы быстро выкурим их из этого гнезда!
– Ха! – громыхнул Одноглазый. – Жареная птица!
– Молчать! – ткнул его кулаком капитан. – Сперва добудьте мне этого мальчишку!
Пираты попытались добраться до нашей пещеры, становясь друг другу на плечи. Но догадливый Юрка метнул в них кокосовый орех, и Кошачий Зуб со стоном полетел на землю.
Мы обрушили на пиратов целый град кокосовых орехов. Тяжёлые, как бомбы, они сбивали разбойников с ног. Бессильно ругаясь и проклиная нас, разбойники отползали по траве в сторону.
– Не лезьте, куда вас не просят! – крикнула Мила, стараясь попасть орехом в Рыжего Пса.
– Это вам не поможет, миледи! – ответил он, уклоняясь от удара. – Мы расположимся здесь лагерем и возьмём вас измором. Хотите условие?
– Какое условие?
– Выдайте мне юного джентльмена, и мы оставим вас в покое!
– Никогда! – в один голос крикнула Мила и Юрка.
– Прекрасно, тысяча чертей и одна ведьма! Эй! Тащите сюда бочонок с ромом! Будем пировать здесь, на страх птенцам. Рано или поздно они выпадут из своего гнёздышка!
Осада была долгой и утомительной… Каким-то образом пиратам удалось доставить на поляну тяжёлую бочку с ромом. Вероятно, в ней сильно поубавилось содержимое.
Они пили, пели и даже плясали. Только на вторые сутки четверо из них свалились и заснули. Но Рыжий Пёс все ещё бодрствовал. Покачиваясь, он бродил по поляне и пьяно бормотал:
– Кошачий Зуб, налей ещё… Спишь? Спи, Кошачий Зуб! Вы все спите? Один я держусь на ногах… Рыжего Пса не так-то легко свалить, клянусь брюхом акулы! – Он отхлебнул из фляжки и погрозил мне кулаком. – Я сделаю из тебя медузу!
Ветер раздувал его рыжие волосы. Он потоптался на одном месте и пропел заплетающимся языком:
Он хотел потанцевать, но, зацепив одной ногой за другую, упал в траву.
– Все спят, тысяча чертей и одна ведьма! – невнятно бормотал он, беспомощно, барахтаясь в траве. – Один я… держусь на ногах!
Через несколько секунд мы услышали его зычный храп.
Мила вдруг сбросила из пещеры лестницу. Прежде чем я успел сообразить, что она собирается сделать, мы с Юркой увидели её уже внизу на поляне. Мы отчаянно махали ей руками.
– Вернись! Что ты делаешь! Ты погибнешь!…
Она приложила палец к губам.
– Тише… Я за твоим платком, Борик…
