– Аминь, – повторил верховный судья.
– Аминь, – повторили придворные.
Альфред де Гну подошёл к трону с явным намерением поцеловать руку королевы, но она сделала вид, что не поняла его. Придворные кланялись королеве и пятились к двери. Тронный зал наполнился шорохом и движением.
– Здорово вы устроили свои дела! – язвительно проговорила королева. – Поздравляю вас, господин де Гнус!
– Де Гну, – поправил он.
– С окончанием «с» ваша фамилия на русском языке звучит восхитительно! И главное, очень точно!
– Я не знаю русского языка, ваше величество.
– Очень жаль, вы бы поняли, какой глубокий смысл таит это слово! – Оксана поднялась с трона.
– Я очень прошу вас задержаться ещё только на одну минуту, ваше величество. Ведь я обещал вам радость!
И прежде чем она ответила, премьер-министр, согласно дворцовому ритуалу, чтобы не поворачиваться к королеве спиной, попятился от трона. Так он пятился до самой двери с застывшей на лице улыбкой, пока не скрылся совсем.
В тронном зале остались только Оксана, Марго и Поль да одиноко стоящий у двери мажордом в своём древнем, расшитом золотом костюме с жабо и белыми чулками до колен.
Королева сняла корону.
– Ваше величество, – кашлянул Поль, – а как вы думаете, кого сейчас приведёт сюда новый премьер-министр?
– Кого? – с тревогой спросила она.
– Вашего жениха…
Она взглянула на него сердито.
– У меня не было и нет никакого жениха!
– Раз он приехал, значит, есть, ваше величество.
– Какой жених? Откуда?
– Из Америки. По имени Джек.
Марго всплеснула руками:
– Да ведь это же тот самый американский парикмахер, за которого собралась выйти замуж Изабелла!
– А вы знаете, Поль, что я Оксана!
– Уж хотите называйте себя– Оксана Первая или Изабелла Четвёртая, а только ваш принц приехал!
– Не может быть! Я вам рассказывала, что этот Джек улетел вместе с Изабеллой в Лозанну.
– Вот в Лозанне-то его и взяли детективы господина премьера. Говорят, этот американский парень сопротивлялся изо всех сил, да ему наши молодчики скрутили руки– и на самолёт! Во дворце ходят слухи, что с ним была какая-то девица, которая объявила, что она королева Карликии, но над ней только посмеялись.
Королева схватилась за голову.
– Ужас! Мне надо немедленно бежать из дворца!
– Уж теперь никак не убежать: кругом такая охрана, что и мышь не проскочит.
В дверях тронного зала снова показался Альфред де Гну. Он вёл под руку плечистого парня в белой фуфайке, которые с некоторых пор стали почему-то называться водолазками.
Парень был до такой степени чем-то потрясён, что его расширившиеся глаза казались на побледневшем и потном лице двумя круглыми коричневыми пуговицами. Приоткрытый рот с узенькими усиками над верхней губой конвульсивно подрагивал, а растрепавшиеся волосы торчали на голове пучками, словно его совсем недавно таскали за вихры. Под левым глазом молодого человека ясно был виден синяк.
За его спиной Оксана увидела женщину неопределённого возраста с бесстрастным лицом– вскоре выяснилось, что она переводчица.
Жених упирался, и премьер-министр поэтому то и дело слегка подталкивал его.
– Ваше высочество, – мягко сказал верзиле премьер-министр, – я полагаю, что в эту торжественную минуту вы испытываете вполне понятное чувство радости.
Женщина с бесстрастным лицом негромко перевела парню слова премьер-министра.
– Йес, – сказал американец, озираясь.
– Перед вами её величество, ваше высочество!
Парень что-то глухо забормотал. Переводчица открыла рот, чтобы перевести, но запнулась. Премьер-министр посмотрел на неё вопросительно.
– Он просит, чтобы его больше не били, – сказала она, – иначе он за себя не ручается.
– Идиоты! – шёпотом выругался Альфред де Гну. – Они отшибли ему разум… Да растолкуйте же этому… его высочеству, что он во дворце.
До парня наконец начал доходить смысл услышанного, и его взгляд беспокойно забегал с Оксаны на Марго.
– Скажите же что-нибудь вашей невесте, – шепнул ему премьер-министр.
– Ноу, – покачал головой американец и махнул рукой за окно. – Мой Изабелль там есть– Лозанна. Мой любовь есть Изабелль!
– Да нет же, ваше высочество! В Лозанне была никому не известная девица. Ваша любовь здесь!
– Ноу, – упрямо твердил американец, – мой люббитт Изабелль! Люббитт больше, чем свой жизнь! Мой люббитт Изабелль до самый смерть! – И он прижал руку к груди.
Альфред де Гну повернул к переводчице перекошенное бешенством лицо.
– Мадам, спросите членораздельно его высочество, хочет ли он быть супругом королевы Карликии?
Дама с бесстрастным лицом старательно перевела.
– Йес, – сказал американец.
– Так какого же дьявола он… – Премьер-министр не договорил и сладко улыбнулся американцу: – Ваше высочество, неужели вы забыли? Я понимаю, у вас была утомительная дорога… Посмотрите внимательно, ваше высочество: перед вами королева Карликии Изабелла!
Американец растерянно заморгал. Десятки мыслей, по-видимому, распирали его голову.
– Оу! Май квин! – наконец пробормотал он.
– Да, да, ваша королева! – подтвердил премьер-министр подбадривающе.
– Оу!… Ин Лозанна?
– Там была аферистка!
– А-фе-ри-ст-ка?
– Да, да, самая настоящая аферистка!
