— Если вы считаете, что я собираюсь впустить вас к себе в номер…
— На вашем месте я бы этого не делал, — еще раз перебил его Бен-Ами. — Мы знаем, что вы вооружены.
— Знаете?
— Нам известно о любом оружии, которое продается нелегально.
— Да… да, конечно.
— Отоприте вашу дверь, и если я произнесу не те слова, убейте меня.
— Да… очень хорошо. Уверен, этого не понадобится. Но поймите меня, как там вас: стоит вам неверно произнести один слог, и вы станете трупом!
— Я потренируюсь со своим английским, шейх Стрикленд.
На небольшом передатчике, который находился в руке Уэйнграсса, вдруг замигал крошечный зеленый огонек.
— Черт побери, что бы это могло значить? — спросил Менни.
— Прямая передача, — ответил Серый. — Дайте его мне.
Он забрал приемник и нажал кнопку.
— Говорите.
— Он один! — раздался голос Бен-Ами. — Нужно поспешить и взять его сейчас же.
— И не шелохнемся, ты, моссадовский глупец! — выпалил Уэйнграсс. — Даже эти мутанты из Консульского Отдела Госдепартамента могут услышать то, что им говорят; но только не святоши из Моссада! Они слышат лишь собственный голос и, возможно, Авраама, если у него есть секретный телефон в коробке из-под кукурузных хлопьев.
— Менни, мне это не нужно, — невозмутимо сказал по рации Бен-Ами.
— Тебе нужны уши, вот что тебе нужно, ганза махер! К этому нарциссу в любую минуту может прийти человек от Махди, который не позвонит из вестибюля, а направится прямо к нему в номер. У него есть пароль, после которого Мак-Дональд откроет ему дверь. Вот когда мы присоединимся к этой компании и возьмем их двоих! А что ты надумал? Взломать дверь, как собирается это сделать учтивый неандерталец, который находится рядом со мной? Неудивительно, что такие идиоты провалили операцию в Вашингтоне. Вы думали, что пароль был упомянут Моссадом, а не во время телепередачи!
— Менни!
— Подними свой секретный зад на второй этаж! Мы будем там через пару минут. Понял, Пустозвон?
— Мистер Уэйнграсс, — на скулах Серого заиграли желваки, — по-моему, вы самый противный человек, которого мне когда-либо приходилось встречать.
— О, какие слова! В Бронксе за такие слова тебя бы избили, если бы ты попал в руки моих ирландских или итальянских приятелей. Пойдем! — Менни направился через Гавермент-Роуд, за ним шел Серый, продолжавший качать головой, но не потому, что был не согласен, просто он пытался избавиться от одолевавших его мыслей.
Коридор отеля был длинным, ковер — изношенным. Было обеденное время, и большинство посетителей ушло из отеля. Стоявший в одном конце коридора Уэйнграсс попытался закурить «Галуаз», но тут же смял сигарету и прожег дыру в ковре, так как к горлу подступил кашель. Бен-Ами находился невдалеке, изображая раздраженного гостя отеля, ожидавшего лифт, который все не приходил. Ближе всех к двести второй комнате стоял Серый, небрежно прислонившись к стене рядом с дверью на расстоянии пятнадцати футов по диагонали от комнаты мистера «Стрикленда», которая была напротив. Серый был профессионалом. Он очень удачно притворился молодым человеком, с нетерпением ожидавшим женщину, и даже сделал вид, будто разговаривает с ней через дверь.
Затем это произошло… Из лифта вдруг вышел швейцар, стоявший у входной двери отеля «Тилос» возле большого киоска. В его руке была фуражка с золотым кантом. Он приблизился к двести второму номеру, остановился, постучал, подождал, пока дверь на цепочке приоткроется, и заговорил. Цепочку убрали. Вдруг со скоростью и целеустремленностью олимпийского атлета Серый пружиной отскочил от стены, ринувшись к двум фигурам, стоявшим у дверного проема. На ходу он каким-то непостижимым образом сумел выхватить неизвестно откуда пистолет, затем налетел своим телом на двух врагов и повалил их на землю. Из пистолета офицера десантно-диверсионных войск раздалось два приглушенных выстрела; пистолет, находившийся в руке Мак-Дональда, отбросило в сторону вместе с двумя его пальцами.
Уэйнграсс и Бен-Ами, встретившись у двери, захлопнули ее и вбежали в комнату.
— Боже праведный, сглянься надо мной! — схватившись за свою кровоточившую правую руку, завопил лежавший на полу англичанин. — О Боже! У меня нет пальцев!
— Принеси из ванной комнаты полотенце, — спокойно велел Бен-Ами Серый. Агент Моссада выполнил приказ человека, который был моложе его.
— Я всего лишь посыльный! — вопил скорчившийся у кровати перепуганный швейцар. — Я просто должен был передать послание!
— Черта с два ты посыльный, — сказал стоявший над ним Эммануэль. — Да ты само совершенство, сукин сын. Ты видишь, кто приходит, приезжает — ты их проклятые глаза. О, я хочу побеседовать с тобой.
— Вы искалечили меня! — визжал тучный Мак-Дональд, под рукой которого растекались небольшие ручейки крови.
— Вот! — Бен-Ами опустился на колени и начал заворачивать полотенцем окровавленную руку англичанина.
— Не делай этого, — приказал Серый, затем схватил полотенце и отшвырнул его в сторону.
— Ты же сам велел мне принести его, — запротестовал смущенный Бен-Ами.
