ТРИНА ПРИЕХАЛА КО МНЕ в среду днем, и я встретила ее у дома. Да, я была мультимиллионером, но мы по‐прежнему жили в том же доме. Может, купить родителям новый? Эта мысль промелькнула в моей голове, но я от нее отмахнулась после недолгих раздумий. Нам не нужен новый дом. Я вышла на крыльцо и закрыла за собой дверь. Трина надела туфли с такими высокими каблуками, что я диву далась, как она на них ходит.
– Ты пойдешь в них по магазинам? – спросила я.
На мне были надеты кеды, ведь я думала, что мы будем много ходить. Не помню, когда в последний раз ходила в магазин – если только в «Таргет». Трина посмотрела на мои кеды. Затем окинула взглядом остальную одежду – широкие джинсы и футболку.
– Ты в этом пойдешь по магазинам?
– Это довольно удобная одежда.
– Удобная одежда может быть симпатичной, Мэдди. – Она вздохнула, затем взяла меня под руку. – Тебе повезло, я помогу тебе.
– Я думаю, надо что‐то сделать и с волосами.
Трина завизжала:
– Да! Для этого у меня есть идеальный парикмахер. Идем.
Первым делом мы зашли в небольшой салон. Рабочие места разделялись зеркалами до самого потолка, повсюду стояли деревья в кадках. Идеального парикмахера Трины звали Оливией, и она хмуро посмотрела на мои волосы, стянув с них резинку.
– Когда ты в последний раз стриглась? – спросила Оливия.
– Никогда. В смысле, мне подравнивали волосы, – ответила я, умолчав про маму.
Оливия посмотрела на Трину, на что та сказала:
– Вот почему мы здесь.
Оливия начала общаться со мной через Трину, словно мне нужен был переводчик.
– И что она хочет сделать?
– Наверное, стрижку лесенкой, ну и прокрасить некоторые пряди, – предложила Трина и улыбнулась мне.
– Звучит отлично, – сказала я.
У самой Трины были потрясающие, густые и блестящие локоны, поэтому я доверяла ее мнению. За соседним столом работала девушка с голубыми прядями, и я быстренько добавила:
– Только осветлить.
– Я подержу твои очки, – сказала Трина и сняла их, прежде чем я успела что-то предпринять.
Мои руки были под длинной накидкой, поэтому я не смогла ее остановить.
– Без них я не увижу, что происходит.
– Это будет приятный сюрприз.
Дальше понеслось: дерганье за волосы, сильный химический запах и большая раковина, в которой мне мыли волосы. Я никак не могла понять, какой они стали длины, но мне казалось, прошло несколько часов, прежде чем мастер отложила фен и утюжок и Трина вернула мне очки. Я надела их, и Оливия развернула меня к зеркалу.
Я тихонько ахнула. Волосы оказались еще светлее, чем я предполагала, благодаря чему кожа выглядела ярче. Лицо обрамляли мягкие пряди, подчеркивая мои скулы. Я покрутила головой.
– Ей нравится? – спросила Оливия Трину.
– Да, нравится, – ответила я за себя.
Потребуется время, чтобы привыкнуть, но мне нравилось. Я не только выглядела потрясающе, но и стояла на пороге чего‐то нового. Взрослой версии меня. Так и представляла, как уверенно курсирую по коридорам Калифорнийского университета.
По пути из парикмахерской я все продолжала смотреть на себя в зеркало заднего вида.
– Ты хочешь настоящий шопинг? По-крупному? – спросила Трина.
– Бывает «шопинг по‐крупному»?
– А как же. На Родео-драйв.
– Родео-драйв в Беверли-Хиллз?
– А где-то еще есть такая улица? Ты только представь. «Ральф Лорен», «Гарри Уинстон», «Луи Вюиттон», «Стюарт Вайцман» – все на одной улице.
– Как много мужчин.
Трина посмотрела на меня, и мы рассмеялись.
– Почему столько мужчин-дизайнеров? – спросила я.
– Да кому какое дело? У них это отлично получается. Как думаешь?
– Я думаю, что уже пять часов, соберется пробка, и дорога займет два часа.
Трина надулась.
– Но без пробок мы доберемся обратно за час. У нас будет несколько часов на шопинг. Больше нам не надо.
В Лос-Анджелесе полно туристов. Вполне возможно, что я потеряюсь на одной из улиц. Но я ни разу не бывала на Родео-драйв. И буквально услышала, как Блэр и Элиз застонали бы, пригласи я их с нами за покупками. Поэтому сказала Трине:
– Почему бы нет? Поехали.
Она вскинула руки в воздух, ударилась о крышу и завизжала.
К тому времени как мы добрались до Родеодрайв, солнце уже село. Пальмы, выстроившиеся вдоль улицы с укрытыми под навесами домами, светились зеленым в свете фонарей. Витрины с большими окнами сверкали еще ярче.
– Если поедешь прямо, найдешь парковку, – подсказала Трина.
Так я и поступила, а затем отдала ключи какому‐то парню моего возраста, чтобы он припарковал автомобиль. Он посмотрел на меня, на мою машину и вскинул брови.
– Спасибо, – сказала я, когда он сел и закрыл дверь.
– Сложно смотреть, как кто‐то ездит на твоей малышке? – спросила Трина.
Я вдруг поняла, что не могу отвести взгляд от задних огней заезжающей в гараж машины, за рулем которой сидит парковщик.
– Может, немного.
– Сделай мне одолжение, – сказала она, когда мы пошли к ярко освещенным витринам первого магазина. – Не смотри на ценники. Найди то, что тебе нравится, что хорошо на тебе сидит, и не беспокойся насчет цены. Эта одежда прослужит тебе в три раза дольше, чем та, в которую ты одета сейчас. Вот почему здесь одевалась «Красотка». Дело в качестве.
– «Красотка»? Персонаж фильма?
