Я мысленно зарычала. Ну что он ко мне привязался? Какие выводы я должна сделать из всего этого?
— Илария, не разочаровывай меня, — насмешливо попросил Вентор. — Это же очевидно! Твоя мать была изгнана из стаи за связь с оборотнем. Причем изгнана не решением стаи, а решением одной Гортензии. Неужели ты не задумывалась, почему наказание оказалось настолько суровым? Оборотни — не люди. Они проще относятся к подобным происшествиям, потому что им зачастую куда сложнее сопротивляться зову природы из-за животной стороны натуры. Да, твоя мать заслужила щелчка по носу. И Гортензия вполне могла сослать ее в другой город, к примеру, чтобы успокоить разозленную рогоносицу. Но изгнание? Не слишком ли жестоко? Ладно, предположим, что таково было требование обманутой невесты. И еще предположим, что она занимала достаточно высокое место в стае, чтобы иметь право требовать. Прошли годы, все успокоилось. Логично, что твоей матери позволили вернуться. Но совершенно нелогично, что при этом ей запретили взять тебя с собой. А еще очень странно, что она продолжает скрывать родство с тобой. Почему?
Увы, у меня не было ответов на эти вопросы. Да что там, я сама не так давно думала о причинах, заставивших мою мать поступать таким образом. Раз уж я появилась в стае, то почему она не объявит о том, что я ее дочь? Напротив, она попросила меня этого не делать. И попросила очень настойчиво. Неужели думает, что мне будет угрожать опасность, если об этом кто-нибудь узнает? Но тогда выходит, что загадочная жена ее бывшего возлюбленного занимает поистине высочайшее положение. Ибо пока меня трогать запрещено.
— Ты наверняка уже поняла, что Гортензия отчаянно пытается увеличить численность стаи, — негромко добавил Вентор. — Обеспечить, так сказать, приток свежей крови со стороны. Почему тогда она наотрез отказалась принимать тебя в стаю? Страсти к тому моменту уже улеглись.
Вентор замолчал, должно быть решив, что и без того сказал больше необходимого. Облизнул пересохшие после долгой тирады губы.
Я буквально слышала, с каким ржавым натруженным скрипом завертелись шестеренки в моей голове, складывая отдельные кусочки мозаики.
Моя мать. Связь с женатым оборотнем. Изгнание. Просьба матери ничего не говорить Гортензии. Странная улыбка Айрона, когда он сказал, что сканирование позволяет установить родство.
— Демоны! — с чувством выругалась я. — То есть ты намекаешь на то, что я — дочь Айрона?
— Не намекаю, Илария, говорю прямо. — Вентор сочувственно похлопал меня по плечу.
Я оцепенела, силясь осмыслить новый факт.
Я — дочь Айрона. Да, Вентор прав. Это объясняет многое. Например, то, что моей матери запретили брать меня в стаю. Гортензия могла смириться с присутствием бывшей любовницы мужа. Но она не в силах была терпеть рядом его ребенка. Стоит заметить — нормального ребенка, потому что каждый взгляд на меня напоминал бы ей об Эдиане. Пожалуй, нет более жестокого испытания для любой матери. Но это открытие порождало множество вопросов. И один из них я поторопилась задать Вентору.
— Фелан был в курсе этого, когда отправлял меня в стаю? — быстро спросила я.
— Честное слово — не знаю. — Вентор покачал головой. — Многие поступки моего отца в данной ситуации вызывают у меня… недоумение. Я пока не понимаю, что он замыслил.
— То есть твой отец все-таки затеял собственную игру, — протянула я, внимательно наблюдая за выражением лица Вентора.
Он пожал плечами. Тяжело вздохнул и признался:
— Я ведь уже сказал, что не знаю, Илария. И это все, что я могу сказать.
— Но ты взял его сторону, — напомнила я. — Как-то странно, что прежде ты не выяснил досконально намерений своего отца.
— Я уверен, что он не предаст Норберга, — после краткой заминки ответил кот. — И это, пожалуй, единственное, что мне надлежит знать. Все остальное — не столь существенно.
Хотела бы я быть столь же уверенной в этом!
— Что будет, если Гортензия обо всем узнает? — спросила я.
Вентор отвел взгляд. Посмотрел на Эдиана, который в этот момент слабо заворочался на кровати. Должно быть, ментальное заклятие слабело без должной подпитки, а возобновить его оборотень не торопился.
— Полагаю, лучше тебе помалкивать об этом, — проговорил он. — Заметь, Айрон тоже не торопится объявлять о счастливом обретении дочери. А сейчас нам лучше уйти отсюда. Возвращайся к себе и постарайся отдохнуть. Вечер будет напряженным.
Я невольно кивнула, соглашаясь с его словами. О да, сегодня вечером предстоит встреча с Норбергом. Остается только надеяться, что она пройдет мирно.
Но интуиция подсказывала, что Гортензия лукавила, когда говорила о простом разговоре. Она что-то замыслила. Что-то явно неприятное.
Остаток дня прошел мирно. По большому счету я провела все это время у себя в каморке. Даже обед Алисия принесла мне сюда. К слову, девушка была удивительно молчалива. Она не задала мне никаких вопросов, а я постеснялась расспрашивать ее о разговоре с Вентором. Хотя интересно, почему вдруг она так разоткровенничалась с ним?
