Пока солдат обучали работе на мотовилихинских тракторах: отдельный указ Лаврова отменил все заказы армии на танкетки, и ежедневный выпуск тракторов на заводике уже превысил десяток машин. Ну а так как этот выпуск ограничивался в основном нехваткой площадей для размещения дополнительных станков, то рядом строилось еще сразу несколько цехов и инженеры заводика были уверены, что осенью с завода будет выходить уже до двадцати пяти машин в сутки. Точнее, до двадцати пяти машин в день, все же ночью завод пока не работал. Был, конечно, соблазн завод на круглосуточную работу перевести, но не получалось: рабочих заводу не хватало. Пока не хватало, но в Мотовилихе уже действовало четыре фабрично-заводских училища, два из которых обучали не детей, а уже людей взрослых. То есть туда принимали крестьянских парней возрастом до восемнадцати лет, а «городских» — из числа уже успевших на заводах поработать хотя бы чернорабочими не менее двух лет, допускалось брать и двадцатилетних. Но и в «детские», и во «взрослые» ФЗУ учеников брали не просто грамотных, а лишь получивших где-то хотя бы четырехлетнее образование — поэтому никакого ажиотажа среди потенциальных «абитуриентов» не возникало, училища даже полные классы набрать пока не могли. Но опять-таки «пока»: при первом ФЗУ (относящемся к артиллерийскому заводу) была организована «ускоренная школа», куда принимали парней (и девчонок тоже) в возрасте от двенадцати до четырнадцати лет, и эти детишки должны были за полтора года освоить программу первых четырех лет реального училища (правда, без курса литературы, без закона божьего, с сильно упрощенным курсом истории — то есть в основном лишь курсы русского языка и математики, а так же, тоже в немного урезанном виде, курс черчения). А при четвертом ФЗУ (как раз «тракторного завода») за год натаскивали уже парней (и только парней) в возрасте от шестнадцати до восемнадцати. И это были именно «школы при…»: преподавали там те же люди, что и в ФЗУ (за отдельную дополнительную оплату, конечно), и эти учебные заведения были уже переполнены: в них ученикам и форма выдавалась бесплатно, и кормили их (хотя всего дважды в день)…
Так что перспективы, хотя и не самые близкие, выглядели достаточно радужно. В Мотовилихе, да и в некоторых других местах (подобный «опыт» быстро начал по стране расходиться). Но это был «опыт индустриальный», а на селе все было куда как менее весело. То есть Екатерина действительно решила, что «мужиков в расчет брать вообще не стоит» и «работала» только с детьми. А на поля «выпускала» солдат с армейскими лошадками. И, конечно, с тракторами.
А с тракторами уже весной, в самый разгар пахоты, стало еще лучше: заработал новенький тракторный завод в Клину, «почти заработал» завод в Белгороде. То есть белгородский завод тоже успел произвести пару десятков тракторов. Но моторы туда пока поставлялись из Клина, а отдельный моторный завод еще лишь строился, так что его можно было и не считать. Зато можно было начинать считать завод, который раздосадованные отказом правительства харьковские студенты «своими силами» выстроили в Чугуеве. Не за свой счет, понятное дело — откуда у студентов деньги, они просто смогли как-то уговорить Второва и постройку этого завода включить в планы «министерства» и доверить им создание этого завода — но на месте они все полностью сделали сами и в начале апреля первый Чугуевский трактор выкатился из цеха.
А спустя неделю Екатерина зашла к Андрею:
— Так, ребята, вы тут без меня допустили крупную ошибку. Конечно, и со мной вы бы ее допустили — но сейчас ясно одно: господина Второва мы поставили совсем не на то место. Он очень неплохой организатор различных производств, скорее всего очень грамотный банкир, но. Он и организатор, и банкир до мозга костей капиталистический, и, хотя прекрасно разбирается в том, как выстроить эффективную работу компании, он вообще не понимает, как работает экономика государства. Расставаться с ним, конечно, жалко, но, боюсь, придется. И чем скорее, тем лучше — иначе все наши планы в отношении сельского хозяйства провалятся. А у нас, если кто забыл, осталось всего два года…
— Про два года я помню. А насчет Второва… ты поподробнее рассказать можешь?