Перед самым Новым годом попаданцы собрались на совещание, на котором обсудили планы на год предстоящий. Лена радостно доложила, что в Клину на заводе Тринклера выпуск новых дизельных моторов для тракторов уже превзошел десяток в сутки, а до весны производство скорее всего вырастет до двадцати пяти двигателей — и теперь Чугуевский завод, на котором изготовление моторов было прекращено, сможет и тракторов выпускать сколько же. В Мотовилихе с новым мотором и трактор новый сделать сумели, но серийное его производство — из-за нехватки этих моторов — хорошо, если к осени наладить получится, но зато выпуск старых уже превзошел суточный рубеж в тридцать машин. Чему сильно поспособствовал пуск Луганского металлического завода, обеспечивающий Мотовилиху столь нужным металлом. А постройка нового металлического завода в Старом Осколе тоже идет «по плану», так что уже в двадцать первом году…
Но в двадцать первом стране требовалось просто «выжить», и для этого строящийся в Царицыне тракторный завод был «временно перепрофилирован». Впрочем, при правильном руководстве (и верном распределении имеющихся финансов на развитие промышленности) вероятность «выживания» была достаточно велика. Поэтому обсуждение продовольственных вопросов на этом совещании много времени не заняло. А вот вопросы «не продовольственные»…
Еля — которая всю осень занималась «воспитательной работой» в группе выбранных ей товарищей — свое мнение высказала весьма кратко:
— Я думаю, что генералу Юденичу во-первых нужно дать орден, лучше всего Андрея Первозванного. А во-вторых, с дашнаками необходимо поступить быстро и окончательно. Василий Васильевич, у вас рабочая группа уже готова?
— Предлагаешь мне этим заняться?
— Нет, я предлагаю этим заняться Леночке. Точнее, уничтожением банд я сама займусь, а Леночка у меня будет начальником штаба: все же она лучше всех сохранила опыт и знания штурмовика и операции сумеет спланировать на высшем уровне. А вы — вы продолжайте обеспечивать вашу рабочую группу оборудованием.
— А Генштаб на это…
— При чем тут Генштаб? Это же не армейская операция, а, скорее, полицейская.
— Тогда уже скорее контртеррористическая, ведь дашнаки кормятся с рук британцев.
— И французов, но это неважно. Мы должны показать, причем громко и демонстративно, что все, кто кормится у иностранцев, долго не проживут. Потому что британцы уже и с курдами начали активно работать… вот мне интересно стало: армян резали как раз в основном курды, причем резали за дело — а дашнаки с этими курдами чуть ли не целуются.
— Ну, как им кураторы велели…
— Я неверно выразилась: меня удивляет, почему курды сами еще дашнаков не вырезали. Но раз так, то мы заодно и курдам покажем, что бывает с теми, кто британцев в задницу целовать любит.
— Еля, откуда ты слов-то таких набраться успела?
— Ну я же у народа язык русский перенимаю, а народ — он умеет метко мысли свои выражать. Но вы мою мысль поняли, и этого достаточно. От Юмсун новости есть? Ей-то как раз армия в помощь очень нужна будет, а войска туда быстро не перевезти.
— Новости от нее пришли, еще вчера, — ответил девушке Андрей. — Богдо-Гэгэн ей, слава богу, поверил и обращение к нам уже написал. Официально мы его уже где-то через неделю получим, но Николай Иудович уже с двумя дивизиями в Верхнеудинск выдвигаться начал.
— А он-то не бурят и не монгол, ты ему про Юмсун все доходчиво объяснил?
— Объяснил… повеселил старика изрядно. Он сказал, что раньше думал будто только царям приходится жениться из-за политики, а вот что премьер-министрам в этом плане еще хуже… Но договорились с ним просто: он будет Юмсун заранее говорить, какие она ему приказы отдавать должна будет — и монголы окончательно убедятся, кто в России главный.
— Будет изображать там русскую Бёртэ?
— Нет, русскую Тёрегенэ: у вдовы Убедея власть была практически абсолютной.
— И Николай Иудович согласился изображать из себя…
— Он согласился изображать фельдмаршала, ему сегодня утром звание было присвоено.
— Но я все равно думаю, что начинать войну с Китаем… — начал было Иван.
— Никто с Китаем воевать не станет, — с грустной ухмылкой ответил ему Евдоким, — Юмсун все хитро придумала. Никто же не знает, где она родилась, а в свидетельстве о браке написано, что в окрестностях Урги. То есть формально она как бы монголка, и воевать будет за освобождение своей земли — ну а то, что она для этого позовет Иванова, так это теперь ее право. Ну, с точки зрения монголов… и китайцев тоже. Обычная гражданская война, такое случается. Тем более, что присоединять Монголию к России никто не будет, так что и европейцы с американцами утрутся.
— Утрутся ли?
— Да, сейчас в Европе воевать никто не готов. Мы войска на греческую границу в Болгарии выдвинули — и британские войска из Греции за две недели убрались. Пока в Европе зарубежцам воевать просто нечем.
— Пока…
— Но ведь и мы не валяться на печи, плюя в потолок, будем. А так как мы знаем, что нам нужно сделать…