— Без понятия. Он просто сказал, что это кто-то, кто дезертировал и сейчас скрывается в предгорьях. Уверен, это не займет много времени. Никогда не занимает.
Она кивает.
— Верно. Ты эффективен.
— А ты охрененно горячая, — выдыхаю я, глядя на ее полные губы и взъерошенные каштановые волосы на макушке. — Ненавижу оставлять тебя на Рождество.
Эм смеется, хватая меня за рубашку, притягивая к себе.
— Мы уже отпраздновали, но… — она встает на цыпочки и целует меня в щеку. — Это просто значит, что ты будешь должен мне позже.
Я провожу языком по нижней губе.
— Да? Я мог бы найти немного времени, чтобы расплатиться прямо сейчас.
— О, пожалуйста, — она хлопает меня по груди. — Как насчет того, чтобы Брэдфорд нас не застукал? Я бы не хотела провалиться сквозь землю и умереть.
— Черт, это серьезно. Не знал, что быть со мной так сложно, — я подмигиваю ей. — Я действительно ненавижу уезжать в этот день.
— Да, знаю, — ее голос смягчается. — Но это не легкий день, и лучше провести его в поле.
Я смотрю на деревянный кулон, всё еще висящий у нее на шее.
— Не всё в этот день так плохо, — говорю ей, протягивая руку и проводя пальцами по деревянному сердечку. — Иногда лучшие и худшие дни могут быть взаимозаменяемы, — я встречаюсь с ней взглядом. — Он был бы рад, что мы превращаем его комнату в детскую, знаешь.
Она проводит рукой по моей щеке.
— Да, уверена, так и есть, и, если я не ошибаюсь, он был бы очень горд тобой.
— Возможно, — говорю я, эмоции переполняют мою грудь, пока я целую ее в лоб. Звук двигателя раздается за окном, и я вздыхаю. — У меня такое чувство, что мой брат захотел бы дать мне пощечину за некоторые вещи.
— Эх, подробности, — она целует меня в губы. — Тебе лучше идти. Увидимся, когда ты вернешься домой.
— Держи ворота запертыми, а камин разведенным, — говорю ей, проводя большим пальцем по ее нижней губе. — Ты знаешь, как я ненавижу оставлять тебя.
— И я знаю, что ты всегда вернешься ко мне, — она смотрит на меня. — К тому же, Кэти собирается зайти. У нее снова новый парень.
— Замечательно, — бормочу я, еще раз целуя ее. — Я люблю тебя, Эм.
— Я тоже тебя люблю.
Глажу на прощание Ганнера и Бумера, затем выхожу за дверь. Грузовик Брэдфорда ждет прямо за воротами, и он дважды сигналит. Я показываю ему средний палец и беру свою спортивную сумку, лежащую на крыльце. Кидаю ее в кузов грузовика, бросая последний взгляд на Эм и Ганнера, наблюдающих за мной через окно.
Она посылает мне воздушный поцелуй, и я еще раз подмигиваю ей. Мне пиздец повезло с ней, и за это я никогда не перестану благодарить Вселенную. Открываю пассажирскую дверь и сажусь внутрь.
— Счастливого Рождества, придурок, — говорю Брэдфорду, хлопая его по руке, пока он зажигает сигарету. — Тебе действительно стоит бросить.
— Да, конечно, мамочка, — отзывается он с ухмылкой. — И тебе счастливого Рождества. Я надеялся, что мы сможем взять выходной на праздники, но долг зовет.
Я киваю, прилив возбуждения пронизывает мои вены, пока он выезжает с подъездной дороги.
— Значит, дезертир, да?
— Это всё, что у меня есть. Он, по-видимому, чертовски жестокий, ходит вокруг, желая ввязаться в драку, — Брэдфорд затягивается сигаретой, ставит грузовик на парковку, ожидая, пока я закрою ворота. Я выхожу, закрываю и запираю их, затем снова сажусь внутрь.
— Какая цель? — спрашиваю я, пока он мчится по дороге на север. — Хочешь убрать его или завербовать?
Брэдфорд пожимает плечами.
— Разберемся на месте. Не все подходят, чтобы работать на меня. Быть наемником — это своего рода призвание, я бы сказал. Это не для слабых духом, не так ли?
Я откидываюсь на сиденье, пристегивая ремень.
— Не знаю. Я думал, что я слабый духом. Мне потребовалось много времени, чтобы понять, что мне просто нужен другой взгляд на вещи.
— Да, тебе нужен был пинок под зад, вот что тебе было нужно, Мартин, — фыркает он. — И должен признаться, было приятно быть тем, кто тебе его дал.
Я усмехаюсь, глядя в окно на покрытую снегом землю.
— Полагаю, я заслужил это.
— Эх, что было, то прошло, так я всегда говорю, — Брэдфорд улыбается, опуская окно настолько, чтобы выветрить дым из кабины. Дизельный двигатель ревет, пока он давит на газ, оставляя позади нас облако черного дыма. — Я всегда надеялся, что ты позвонишь.
— Всего лишь на десять лет позже, — смеюсь я, запрокидывая голову. — Прости за это.
— Нет, никогда не поздно. Тебе нужно было найти свою причину. У тебя ее не было до Эм. Она — находка.
— Знаю, — соглашаюсь я, улыбаясь, вспоминая мою жену. — Надеюсь, всё пройдет быстро.
— Всегда всё происходит быстро, когда ты наводишь прицел, Триггер.
— Да, — я откидываю голову, закрывая глаза и делая несколько глубоких вдохов, пробегая по своему мысленному списку. Моя винтовка надежно упакована в сумке, свежепочищенная и готовая к новой миссии. Всё остальное снаряжение никогда не покидает сумки. Мои руки потеют от предвкушения, и я усмехаюсь про себя.
Как оказалось, я могу и рыбку съесть, и в воду не лезть.