— Все что-нибудь скрывают. — философски ответил я, закрыв за собой дверь. Было грустно на душе. В голову лезли противные мысли, будто я не увижу их большие никогда или пока меня не будет, с ними произойдёт что-нибудь плохое. Я отгонял все эти мысли и говорил сам себе: «Всё будет хорошо», пока не появилась уверенность в своих словах. Постояв возле двери, пошел к себе на чердак. Он меня встретил тишиной и покоем. Лунный свет, позволял разглядеть очертания предметов в комнате. Найдя старую котомку, начал складывать вещи, которые, как я думал, могут мне помочь в походе. Первым делом положил в котомку запасную одежду и кинжал, сделанный отцом на моё шестнадцатилетние, а потом верёвку, фляжку и так далее. Наполнив котомку, переоделся в лесду Так мы называем одежду для охоты или хождения в лес. Специально сделанные прочные башмаки, штаны, куртка с капюшоном… До назначенного времени сбора осталось всего полчаса. Не зная чем себя занять, начал молиться. Молился я всем богам, которые властвуют у нас в стране, за благополучный побег из деревни и за всех, кого я знаю. После, спустился на первый этаж и пошел к выходу. Там меня остановил отец.
— Ты не передумал? — строго спросил он. Я помотал головой.
— Тогда держи. Это немного, но на дорогу должно хватить. Если попадёте в беду, не забывай, чему я тебя учил, — сказал он, протягивая мешочек с монетами, и обнял — Десять цуз, конечно, мало, но это всё, что у нас пока есть. Пусть удача соблаговолит тебе.
Я чуть не расплакался из-за не приятной мыслишки как с сёстрами, думая, что вижу его последний раз. Но я опять начал повторять себе «Я их ещё увижу», пока не появилась уверенность в своих словах. После объятий, сказав отцу «Берегите себя. Скоро вернусь», вышел из дому. На улице было светло, от двух светивших на небе лун — Горан и Лин. Горан был больше Лин в три раза и был он красного цвета, а Лин холодно-голубой. Есть легенда, что они раньше были живыми людьми и любили друг друга. Пока один из правителей древности, позавидовав их чистой любви, не приказал тёмному магу убить Горана и пригвоздить его душу к небу, а Лин доставить к правителю в качестве рабыни. Увидев смерть Горана, Лин покончив с собой, отправилась к любимому на небо. Вскоре, тот правитель, своей завистью к небесным влюблённым, начал разрушать свою страну, пока тёмный маг не убил его. Конечно, это глупая легенда и сказка для детей.
Небо заволокло тучами, погрузив Помидию в темноту. Во дворах домов издавали обеспокоенные приближающей грозой звуки животные. А в холодном воздухе чувствовалось напряжение людей перед сегодняшним рассветом. Я направился на место сбора. Шел по тёмным улицам, стараясь чтобы меня никто не заметил. Никого не было. Даже шагов патруля не было слышно. В окнах домов горел свет. Для всех эта была бессонная ночь. За поворотом от Жакиного дома, остановился. Там, где мы должны были собраться, стояли два человека, закутанные в темную одежду с капюшонами. Не разглядев их, сначала подумал, что пришли за нами. Я стоял, как вкопанный пока один из них не сказал второму:
— Где же их носит.
Голос Дороса. Встрепенувшись, я пошел к ним. Дорос и еще кто-то, меня не заметили, так как стояли спиной ко мне. Когда уже сзади них, положил руку на плечо Доросу. Дорос вздрогнул от моего прикосновения и оглянулся.
— Ив? Ты чего делаешь. Так меня и в могилу недолго отправить, — сказал Дорос облегченно. — Как ты так тихо подкрался к нам? Проклятая темень!
— Извини. Я думал вы меня заметили. — ничуточки не чувствуя себя виноватым, сказал я. В крови бурлил азарт. Представлялось, будто мы ночные демоны, которых нельзя поймать или увидеть.
— Жер, Лясь и Жак остались. — сказал Харук, вторым человеком был он. Они были облачены в лесду, а возле их ног стояли внушительные котомки.
— Дор, ты всем рассказал? — спросил я.
— Всем, кто меня хотел услышать. — ответил он.
— Надеюсь все поверили. — сказал я с надеждой. Если все поверят, вряд ли кто-нибудь придёт к ним утром. У всех, как и у нас будет шанс сбежать отсюда.
— Не хочу тебя огорчать, но это не так. — огорченно сказал Дорос. Я не понимающе на него посмотрел. Хоть в темноте моего взгляда не было видно, он как-то понял его.
— Многие мне не поверили. Даже слушать не стали. Они решили, будто я хочу прийти первым и стать десятником, пока они прячутся от солдат. Хотя бы Свирь понял, что я не вру. И то счастье. — ответил Дорос. Харук грустно вздохнул и прошептал:
— Мы дали им шанс скрыться. Пусть себя винят, когда поймут, что Дорос говорил им правду. Надо прислушиваться к людям, хоть это враги или маленькие дети…
