Сафрона охватил смертельный ужас, захотелось вжаться в стену и раствориться в ней. Но хочешь не хочешь, а надо подниматься. И снова в драку. За тряпку он точно не возьмется, пусть лучше убьют.
– Давай на выход, вертуха ждет!
– Кто на выход?
Сафрон сначала выскочил из-под шконки, только затем подумал, что над ним могли жестоко подшутить. Но никто не смеялся, все напряженно молчали, глядя на приоткрытую дверь. И долбаные братья не подавали признаков жизни.
Из камеры Сафрон вышел, забыв обо всем. О сумке он вспомнил уже после того, как надзиратель закрыл дверь на ключ. Впрочем, вещи его сейчас волновали меньше всего. Если его переводят в другую камеру, он просто обойдется без них, а если вдруг на свободу…
А ведь его могли выпустить на свободу. Не предъявляли ему обвинение, не шьют ему Шагая, районный прокурор за него вписался, столько разных инструментов задействовано…
И надо же, смелая мечта сбылась. Сафрона доставили к заместителю начальника СИЗО по оперативной части, тот удивленно повел бровью, увидев следы побоев у него на лице, но ничего не сказал. Зачитал постановление начальника СИЗО и представление следователя, который вел дело об убийстве Шагая, взял расписку, что Сафрон претензий ни к чему не имеет, выписал пропуск, более того, сам и вывел за ворота – через склад, где хранились личные вещи.
Сафрон чуть не ослеп от счастья и от солнца, свет от которого ударил в голову как хмель от бутылки водки, выпитой залпом. Его никто не встречал, но Сафрона это лишь обрадовало. Он уже умылся, но шишка под глазом никуда не делась, более того, образовался синяк, губы разбиты, на опухшем носу ссадина. Если пацаны увидят, возникнут вопросы, Сафрон соврет, но братва задастся целью узнать, что случилось, и правда всплывет наружу. И кто будет его уважать после того, как его возили мордой под шконкой? Уж лучше никому ничего не говорить. А Никса и Томаса исполнит Чехол, пацан конкретный, работает четко и лишних вопросов не задает, в СИЗО отправится без всяких возражений, сделает все как надо, только плати. А если братва узнает, если возникнут вопросы, Сафрон выложит ответ. Нет больше Никса и Томаса, потому как никто не смеет наезжать на Сафрона безнаказанно.
А вопросы возникнут, обязательно возникнут, потому как шила в мешке на утаишь. Значит, Чехол должен получить отмашку в самое ближайшее время.
Сафрон улыбнулся, вспомнив о своей не столь уж и давней подружке. Ленка и хороша собой, и макияж накладывать умеет, в салоне красоты работает. Квартира у нее своя в Москве, раньше одна жила, сейчас, может, с кем-то из родных, если так, то Сафрон должен забрать ее к себе домой, пусть погостит у него, в бассейне поплавает, посмотрит, как белые люди живут. Приведет в порядок физиономию и заберет.
Сафрон оглянулся и, не заметив никого из своих, поспешил к остановке, неподалеку от которой стояли две легковушки. Деньги ему вернули, возьмет «мотор», и уже через час будет у Ленки, она приведет его в порядок, а там уже будет видно, ехать в Битово или остаться у нее. Второй вариант предпочтительней.
«Семерка» пустовала, а водитель «девятки», глянув на Сафрона, отказался его везти. А морда у мужика наглая, взгляд жесткий, и выглядел он внушительно – наученный горьким опытом, Сафрон не рискнул наехать на него. Да и нельзя ему сейчас отсвечивать. Спрятаться бы поскорее в нору, зализать раны, а потом уже можно и крылья расправлять. И тройную цену предложить он не решился, вдруг убьют из-за денег. Невезучий сегодня день, все может случиться.
Сафрон хотел остановить проезжающую мимо машину, но руки не поднял. «мерс» машина крутая, не остановят, еще и нахрен пошлют.
Черный «двести шестидесятый» «Мерс» с затемненными окнами проехал мимо, но вдруг остановился, сдал назад. В груди у Сафрона неприятно екнуло. Хорошо, если в машине свои, а если чужие или даже откровенные враги?
Машина остановилась, открылась дверь, сначала вышел громила в кожаном пиджаке, за ним появился Королек. С досады Сафрон заскрипел зубами. Ну почему ему сегодня так жутко не везет?
– Ты кто такой, побитая морда?.. – спросил он, всматриваясь в Сафрона. – Маска, я тебя знаю!.. Неужели Сафрон?
Королек радовался, как охотник, взявший на прицел долгожданного оленя. Причем хромающего на обе ноги. Добыча сама по себе ценная, и при этом никуда уже не денется – можно и поглумиться слегка.
Сафрон понимал, что любое слово может поднять его на смех, поэтому молчал, исподлобья глядя на Королька.
– Ты что, сбежал?
Сафрон скривился, качая головой. Да, сейчас он уязвим, но ведь когда-нибудь настанет его час, и тогда Королек ответит за этот свой кураж.
– Может, собаки покусали?
– Менты! – тихо, но так, чтобы Королек услышал, сказал Сафрон.
– Аа!.. Ну тогда прошу! – Королек указал на свой «Мерседес».
Сафрон кивнул. Не хотел он садиться в машину, но если откажется, Королек точно его засмеет. Да и не дело это, стоять на дороге с видом на СИЗО.
