В конце концов, Сара заснула в уолтеровском кресле. Впервые Корнетто не знал, что делать — и она видела, что он говорит правду. Поэтому решив дать себе хоть немного поспать (сон, между прочим, тоже влияет на умственную деятельность, а она уже давно не спала), она напоследок села за компьютер Уолтера что-то проверить, пока тот выходил перекурить. Когда он вернулся, Эванс уже спала, очевидно, даже не заметив, как провалилась в сон.
Сара сказала, что она в тупике, но Райан знал: она разберётся, что к чему. Всегда разбиралась. Это знал и Рэндалл, и Уолтер. Сара умела докапываться до правды. И даже если сейчас она растеряна, и, кажется, руки у неё уже опускаются, всё равно — она что-нибудь найдёт. Что-нибудь обязательно произойдёт. Райану очень хотелось в это верить, особенно учитывая, что он сейчас не мог нормально помочь ей в расследовании.
И
Пока же Райан только маялся, с нетерпением ожидая, когда его наконец-то уже выпишут. Когда он сможет вернуться в свой отдел, к Саре, Уолтеру и Майклу. К тому времени, наверное, Прайса в нём уже не будет, а Майкл уже вернётся.
Сара так переживала, когда Райан попал в больницу, что ему даже стало неудобно. Уолтер же больше был доволен поимкой убийцы, чем переживал о состоянии Райана. И Райан воспринимал это совершенно нормально. Он и сам был доволен проделанной работой, несмотря на то, что теперь отлёживался в больнице. Уолтеру был важен результат. Вот что он ценил. Райан это хорошо понимал. В целом он не считал его циником, хотя это слово и приклеилось к Уолтеру ещё пару лет назад, чему невольно поспособствовала Сара, считавшая его именно таким. Может, он просто недостаточно долго его знал. Может, он и правда прожжённый циник, а Райану просто пока не удалось его раскусить. Но как бы то ни было, с Уолтером было интересно, и поговорить с ним можно было практически на любую тему. Райан усмехнулся, вспомнив один из их разговоров — в тот момент он даже согласился с мнением Сары.
Тогда Уолтер с Райаном уже третий час сидели в машине, поджидая, когда появится нужный им человек. Он их, конечно, не ждал, да и вовсе не горел желанием увидеть, но они знали — он появится, и он был им нужен. Им и системе правосудия. Два часа в машине — ерунда, сидели в засадах поболее трёх суток, и не в таких комфортно-машинных условиях, так что грех жаловаться. Уолтера разве что жара раздражала, и ещё это лицемерное представление под названием «свадьба».
— Они выглядят такими счастливыми, — Райан поправил тёмные очки. — Никогда не был на свадьбах.
— Ты ничего не потерял.
— Выглядишь так, словно это самое мерзкое, что есть на свете, — рассмеялся Райан, глянув на лицо Корнетто.
— Я был на свадьбах два раза и, поверь, мне этого хватило. По работе, естественно.
— Ну и чем тебе опять не угодили?
— Ты правда хочешь знать?
Райан глянул на часы, затем на развлекающуюся компанию.
— Валяй, пора повеселиться.
— Ох, потом опять будешь говорить, что я чёртов циник.
— Это Сара так говорит, — улыбнулся Райан.
— Что ж, значит, придумаешь свою фразу обо мне, — Уолтер поправил зеркало заднего вида. — Видишь, сколько людей? Даже на основной площадке не помещаются.
На этой свадьбе, в сущности, не очень-то пышной и богатой, зато устроенной на свежем воздухе, и правда была дополнительная зона для непоместившихся гостей. Дети с весёлыми криками кувыркались в траве и кидались друг в друга печеньем и шоколадными пирожными.
— Вряд ли кто-то откажется от приглашения на свадьбу. Праздник, как-никак. Атмосфера, всё такое. Всё красиво и торжественно, да ещё и еды навалом. И фотографий.
— Вот. С приглашениями отдельная тема. Сколько времени, боже, сколько же времени тратится на выбор этих никчемных одноразовых бумажек настолько узкого целевого назначения, что рациональнее их вовсе не создавать. Выбор бумаги, шрифта, слов… Бр-р-р, это же идиотизм! — Корнетто ни на секунду не переставал следить за нужной им зоной, отчего казалось, что он разговаривает со всем свадебным воздухом вместе взятым.
— Нет, Уолтер, это романтика, — Райан глотнул кофе из бумажного стакана и взглянул на Корнетто. — Это… ну, знаешь, это бывает раз в жизни — в идеале, конечно, так что почему бы раз в жизни не потратиться? Пусть даже это и мелочи, но они приятны.
— Райан, бросай ты это. Можно быть романтиком в шестнадцать, но тебе вроде бы побольше, нет?
— Можно быть сварливым мизантропом в шестьдесят, но тебе вроде бы поменьше, нет?
— Один-один, — усмехнулся Корнетто.
— Полагаю, треклятые приглашения — не единственное, что тебе не мило?
— Знаешь, зачем они вообще нужны? И зачем гости нужны? Больше приглашений — больше народу. Больше народу — меньше кислорода. Меньше кислорода — меньше возможностей для мозга осознать и оценить всё происходящее и благоразумно передумать.
Райан покачал головой.
— Кажется, Сарина формулировка начинает мне нравиться, — чуть улыбнулся он.
— Нет, я серьёзно. Свадьбы, устраиваемые на свежем воздухе, срываются чаще, чем устраиваемые в помещении. Всё дело в кислороде.
— Да ладно? И откуда такая статистика?
— О, Райан. Это же очевидно.
