Нежно, губами и руками, он исследовал каждый сантиметр ее тела. Джо начал с того, что провел языком по ее полной нижней губе, затем ласково прикусил мочки ушей. Он медленно продвигался вперед, исследуя языком изгиб шеи и ключиц, выпуклость груди, впадинку пупка. Он проделал дорожку из нежных поцелуев от макушки до кончиков пальцев ног, опалив ее огнем страсти.
Постанывая от наслаждения, Блоссом вывернулась из-под Джо и оказалась сверху. Настала ее очередь доставить удовольствие любимому.
Она наклонила голову, чтобы исследовать каждый сантиметр его крепкого тела, наслаждаясь знакомыми чертами, его вкусом, ощущением его шелковистой кожи под своим языком и кончиками пальцев.
Они дразнили и ласкали друг друга до тех пор, пока их нервные окончания не начали вопить от желания. Тогда они от прелюдии перешли к таинству любви.
Где-то на острове происходило извержение вулкана.
И они тоже выбрасывали огненные искры, которые поднимались все выше и выше, пока им не стало казаться, что они вот-вот соединятся со звездами. Однако до звезд было очень далеко. Искры теряли тепло, остывали и падали обратно на землю, где растворялись, превращаясь в гибискус и ската манта, в голубую воду и черную лаву.
Где они испытали неземное наслаждение, обладая друг другом.
Где они увидели и зарождение жизни, и конец света.
Хорошо, что Джо удалось показать Блоссом большинство достопримечательностей Большого острова, прежде чем они снова стали любовниками.
Возможно, именно это сдерживание сделало их капитуляцию после ночи со скатами манта такой изысканной.
Теперь они были похожи на людей, которые преодолели пустыню в поисках оазиса, наконец, нашли его и никак не могут утолить жажду. Они были похожи на голодающих, которых пригласили на роскошный банкет, а они никак не могут наесться досыта.
Больше никаких достопримечательностей, ни снорклинга, ни буги бординга в Хапуне. Только любовь.
В последние дни на Гавайях они не покидали «Хейл Алану». Валялись у бассейна с книгами и занимались любовью, съедали что-то на скорую руку и занимались любовью, пили вино в джакузи и снова занимались любовью. Они жить не могли друг без друга.
Близился день отъезда, но они не обсуждали будущее.
Все выглядело так, словно они провели медовый месяц до свадьбы.
Сейчас настало время подумать о будущем. Чтобы точно выяснить, где и почему что-то пошло не так, исправить ошибку и двигаться дальше.
Джо собирался попросить ее выйти за него замуж. Снова. Было очевидно, что они созданы друг для друга. У него есть кольцо. Он держал его при себе с того самого дня, как Блоссом его вернула.
Он нашел бутылку шампанского, которую поставил в холодильник девять дней назад.
— Привет, — сказала она, заходя на кухню. Она была растрепанная, босиком и в его гавайской рубашке. Блоссом купила эту рубашку во время вылазки за продуктами. На ней не было ничего, кроме этой рубашки.
— Я думал, мы не тратим деньги, — сказал он, когда она подарила ему рубашку.
— А мы и не тратим, — улыбнулась она, — но пока моя кредитка работает, я сама удивляюсь почему.
В ней появилась какая-то новая открытость. Блоссом, с которой он был помолвлен раньше, никогда бы так открыто не рассказала о своих финансовых трудностях. Не то чтобы у нее действительно были какие-то денежные проблемы. Блисс написала ему, что обо всем позаботилась.
Он скажет об этом Блоссом сегодня вечером.
Рубашка была неоново-зеленой, усыпанной розовыми цветами.
Джо такое не носил, но надел ради нее. Потому что это заставляло ее смеяться.
— Эта рубашка смотрится на тебе намного лучше, — заметил он.
— Спасибо, — ответила она и одарила его улыбкой, которая почти заставила его забыть о том, что он собирался сделать Блоссом предложение.
— А на тебе мои любимые шорты.
Он взглянул на себя. Конечно, это были шорты с пеликанами.
Ощущение было такое, словно кольцо прожигало дыру в его кармане.
— По какому случаю? — спросила она, кивая на шампанское.
— Наша последняя ночь здесь, — ответил он. — Я подумал, мы должны это отпраздновать.
— О. — Ее лицо вытянулось, как будто она подумала, что он хочет отпраздновать тот факт, что это была их последняя ночь вместе. Это было именно то, из-за чего они попали в беду в прошлый раз.
Она такая чувствительная. Ей во всем видится подвох. И сестра-близнец не верит, что с ней может случиться что-то хорошее.
Он хмуро посмотрел на бутылку шампанского. Сочтет ли она его хорошим человеком? В прошлый раз он так и думал.
Однако Блоссом сбежала и разорвала помолвку.
Джо вспомнил, как в первый раз сделал предложение. Он снял номер в пентхаусе в лучшем отеле Ванкувера. Он завалил комнату розами и разбросал по кровати лепестки роз. Он заказал для них изысканный ужин в номер.
А потом он опустился на одно колено.
— Хочешь попкорна? — спросила она, прерывая его воспоминания о предложении.
— Конечно.
В каком еще мире попкорн сочетался с шампанским и предложением руки и сердца?
В его мире вместе с ней. В их мире.
— Скажи мне спасибо, что пробка не вылетела, — сказал он, осторожно откупорив бутылку.
— Разве она не должна выстрелить?
