Не разрывая объятий, так и шагаем с ним вместе в спальню. Да, очень хочу, чтобы все произошло именно сейчас. Да, я готова. Не хочу больше ждать. Ну не могу я больше терпеть, тело все словно огнем пылает. Хочу чувствовать руки и пальцы Дамира везде. И не только их. Хочу! Хочу!
— Хочу! — хнычу в голос.
— Чего же ты хочешь, малышка? — словно змей-искуситель спрашивает Дамир.
— Тебя, Дамир. Я очень хочу тебя.
— Сейчас все будет, малыш. Потерпи чуток. Блять, да нахер ты тут столько узлов навязала? — нервничает, а я хихикаю.
Наконец, шнурок на штанах развязан и они с тихим шорохом соскальзывают по моим бедрам вниз. Дамир хватается за края моей футболки, я поднимаю руки и он стягивает ее с меня, отбрасывает в сторону. Он обходит меня по кругу, жадно рассматривает каждый сантиметр моего тела, затем встает прямо передо мной, так близко, что я ощущаю жар его крепкого тела. Протягиваю руки и поглаживаю ладонями его мощную грудь и плечи. Дамир прикрывает глаза от удовольствия, а я веду ладонями все ниже и ниже. Когда дохожу до резинки его штанов, провожу пальчиком по самому ее краю, затрагивая дорожку темных волос, что уходят глубже под нее.
Дамир стягивает с себя штаны, хватает меня на руки и аккуратно, даже с каким-то немыслимым трепетом, укладывает на кровать. Нависает сверху, расположившись между моих широко разведенных ног, и долго пристально смотрит мне в глаза. Что пытается там найти — непонятно. Может, страх? Но его там нет, только желание.
Нежный, сладкий, томительно-долгий поцелуй, который напрочь отключает мой разум. Я вся как оголенный нерв, по которому пропускают ток. Каждое прикосновение, каждый поцелуй заставляет тело дрожать и требовать еще больше ласки. Дамир захватывает в рот один сосок, покусывает его, а я чувствую, как лоно внутри пульсирует и выбрасывает немыслимое количество теплой влаги, а тело выгибает дугой. Это еще не оргазм, нет, но что-то явно очень похожее, ведь просто невозможно сдерживаться, а потому с моих губ все чаще и чаще срываются стоны.
— Какая музыка для моих ушей… Твои стоны шикарны, малышка, — говорит Дамир, оторвавшись от одного соска, чтобы тут же захватить в плен другой.
Мои руки тоже приходят в движение. Я глажу Дамира, трогаю его красивое, такое горячее тело. Мне вспоминается, как приятно было держать его член в руках, ласкать его. Хочу снова почувствовать эту пульсацию, что он выдает, когда Дамиру приятно. Опускаю руку чуть ниже и обхватываю его твердый член ладонью. Какой же он все-таки большой, даже пальцы сомкнуть не получается. Начинаю двигать рукой, как показывал Дамир в душе. Его ласки тут же прекращаются, слышу приглушенный стон.
— Мммм… — стонет Дамир, — скажи это, скажи еще раз.
— Что сказать?
— Что хочешь меня… Что ты — моя… — глаза прикрыты, наслаждается моментом моей полной капитуляции.
— Хочу тебя, Дамир, — подчиняюсь. Чувствую, что ему это нужно. — Хочу только тебя. Сделай меня своей.
Миг…
Оглушающая тишина…
Резко распахнутые глаза Дамира…
Мои запрокинутые над головой руки, прижатые мощной мужской рукой…
Огненно-горячий член, прижатый ко входу в мое лоно…
— Ты уже моя! Навсегда. Запомни это, Зеленоглазка!
А дальше резкая вспышка боли и ощущение невероятной наполненности.
Дамир
Блять, я в раю. В тугом, горячем, влажном раю.
Тело звенит от возбуждения и удовольствия, чувствую, как капля пота стекает по виску, щекоча кожу. Член горит огнем, сладким, невероятным огнем, удерживаемый тугими стенками влагалища Ники. В ушах гул собственного пульса. Так, надо приходить в себя уже.
В момент, когда разорвал последнюю преграду между нами, услышал жалобный писк и всхлип Ники, потому и замер, позволив привыкнуть к новым ощущениям и ей, и себе в частности. Потому что это, блять, что-то! Просто за гранью. Даже не знаю, кому больше нужна была эта передышка.
Столько разных телок побывало подо мной, молодых и постарше, брюнетки, блондинки, рыжие… Опытные и девственницы, но такие, что фору любой шлюхе дадут. Из тех, кто девственность свою берегут только в одном месте, чтобы потом продать подороже. А вот развести их на анал или на минет — дело нескольких минут. Поэтому для меня не должно было стать чем-то таким нереальным то, что я буквально минуту назад лишил Нику невинности, но стало… И да, именно невинности, потому что моя девочка совсем не похожа на всех тех шлюх продажных. Она у меня реально чистая и невинная. Была… А теперь я забрал ее себе. Полностью. Моя!
