У главного входа в «Тап Хаус» стояли на страже два «Медвежонка Тедди». Они улыбнулись, увидев Эйвери, и один из них открыл дверь, чтобы пропустить его внутрь.
- Счастливого Рождества, - сказал один из них.
- Счастливого Рождества, - ответил Эйвери.
Внутри здания все гаражные двери были распахнуты настежь, превратив здание в одно огромное общее пространство. Повсюду мерцали рождественские огни. В центре помещения стояла гигантская рождественская елка, увешанная серебряными украшениями. Вокруг него спешили и суетились люди - развешивали гирлянды, раскладывали кексы, несли ведерки со льдом и бутылки пива. Некоторые продолжали работать, но многие бросали свои дела, чтобы подойти к нему. Некоторые обнимали его. Некоторые пожимали ему руку или просто хлопали по плечу.
- Нам очень жаль, - слышал он снова и снова.
- Это тоже пройдет.
- Мы здесь ради тебя, Эйвери.
Некоторых из них он знал по именам. Некоторых только в лицо. Некоторых он вообще не знал. И все же каждый из них приветствовал его с теплотой и сочувствием.
- Все получится. Вот увидишь.
- Мы с тобой, несмотря ни на что.
Было удивительно, как такие простые слова заставили его почувствовать, что, возможно, все действительно получится.
- Что все это значит? - Спросил Эйвери, когда, наконец, добрался до Эмили и Роберта в баре.
Ответила Эмили.
- Я же говорила тебе, что люди на твоей стороне. Им нравится то, что мы здесь делаем, и это лучше, чем то, что пишут в новостях.
- А как насчет репортеров снаружи?
Роберт указал на одного из «Медвежат Тедди», который подошел к Эйвери.
- С этим разберутся.
«Медведь» засмеялся и кивнул.
- Правильно. У нас люди у каждой двери. Все эти «Медведи», несколько приятелей-копов Грея, отдыхающих в свободное от службы время, плюс несколько довольно свирепых женщин с вязальными спицами. Доверься мне. Ни один репортер сюда не попадет. Только не сегодня.
Эйвери оглядел толпу. Эмили, Роберт, Мэгги и Корал. Эдит, которую он не видел с тех пор, как закончились его общественные работы. Он также увидел членов семьи - Мори и Кармен, Хулио и Дарси и, наконец, своих собственных родителей и брата, все они улыбались.
Его отец улыбался ему.
Все смотрели на него, словно ожидая чего-то.
- Речь! - крикнул кто-то. Эйвери показалось, что это голос Мэгги, но трудно было сказать наверняка. Корал сунула ему в руку микрофон.
- Ты, наверное, шутишь, - сказал Эйвери.
- Ты собрал нас всех здесь, - сказал Роберт. - Это вполне уместно, чтобы ты что-то сказал.
- Да! - вторили другие, наполовину шутя, наполовину нет. - Речь!
Эйвери рассмеялся. Он воспользовался барным стулом, чтобы забраться на стойку, молясь, чтобы не упасть в процессе. Это наверняка испортило бы момент. Со своей импровизированной сцены он мог видеть, что все уже собрались. В стороне стоял свадебный торт, готовый к приезду Уоррена и Тейлора. Лишь несколько человек в зале были знакомы с молодоженами, но они собрались вместе, чтобы помочь отпраздновать, просто потому, что могли. Они пришли поддержать его, несмотря на то, что в новостях говорили о нем и Грее. Сердце Эйвери сжалось при виде этого зрелища.
- Э-э-э... - Его щеки вспыхнули. Он привык, что все приходят послушать, как он играет, но уж точно не для того, чтобы послушать его выступление. - Спасибо, что пришли.
- Мы тебя не слышим! - крикнул кто-то из задних рядов.
Эйвери рассмеялся и поднес микрофон поближе к губам.
- Лучше?
Он был почти поражен тем, насколько громким был его голос в замкнутом пространстве, но все улыбнулись и закивали.
- Да!
