Конечно, они оба были молоды и привлекательны. Оба в какой-то степени были сабмиссивами. Оба были готовы обменять секс на жилье.
Но на этом сходство заканчивалось.
По словам Уоррена, Тейлор с самого первого дня был идеальным соседом по комнате. Он готовил. Он убирал. Он с уважением относился к работе Уоррена и режиму его сна, который в то время был ненормированным. Добавьте к этому неоспоримую сексуальную привлекательность Тейлора, Грей почти захотел украсть Тейлора для себя, будь проклят его лучший друг.
Конечно, у Тейлора была и темная сторона. Иногда он впадал в странные, жестокие, саморазрушительные припадки. Грей видел, как это происходило, и был благодарен, что ему не пришлось с этим сталкиваться. Из всех людей, которых Грей когда-либо встречал, только Уоррен обладал состраданием и терпением, в которых нуждался Тейлор.
Так что да, Тейлору было лучше с Уорреном, и Грей был рад за них обоих. Но когда возникла ситуация с Эйвери, он по глупости решил, что, возможно, это его шанс. И секс в те первые пару дней был потрясающим, без сомнения. Но за пределами спальни все в Эйвери сводило Грея с ума.
И не в лучшем смысле.
Теперь он знал, что Эйвери поступал в три разные университета и бросал их. Все три раза он проваливался не потому, что был недостаточно умен, а потому, что не хотел учиться. Его послужной список был таким же отрывочным. Какую бы работу он ни выполнял за эти годы, все они считались глупыми или недостойными его. Он считал, что слишком хорош для работы в сфере общественного питания, но у него не было опыта, чтобы работать где-либо еще. Его последней работой был магазин «Все по доллару», но он уволился, когда узнал, что менеджер магазина поддерживает NRA
- Ну и что? - Спросил Грей. - Ты собираешься прятаться в своем доме до тех пор, пока все в мире не согласятся с тобой?
В ответ Эйвери закатил глаза.
- Я ни за что не добьюсь успеха с такими людьми во главе.
Грей не стал возражать, сказав, что это самоисполняющееся пророчество. Зачем беспокоиться? В принципе, он согласился кормить пацана и обеспечивать ему крышу над головой, пока тот не переедет в одну из квартир своего отца, но Грей не был уверен, что сможет продержаться так долго. Он колебался, не указать ли Эйвери на дверь, но какая-то часть его чувствовала себя обязанным довести дело до конца. Возможно, такое отношение Эйвери было всего лишь временным. Возможно, между ними все еще могло бы сложиться. Но появление в его доме в конце тяжелой смены только подчеркнуло, насколько дерьмовой была ситуация.
Эйвери развалился на диване, практически не отрываясь от своего мобильного телефона. У него был выходной после общественных работ, и он все еще был в боксерах и футболке, в которых лег спать накануне вечером. Вся посуда, которую он использовал в тот день, стояла на кофейном столике, и над ними жужжала пара жирных мух. В спальне Грей обнаружил, что белье Эйвери разбросано по всей поверхности. Ему пришлось отодвинуть его в сторону, чтобы добраться до шкафа. Единственное, что было хорошего, секс, исчезло. Привлекательный или нет, Грей не мог преодолеть своего отвращения к парню настолько, чтобы у него встал, не говоря уже о том, чтобы доставить удовольствие Эйвери. В эти дни Эйвери допоздна засиживался за игрой в приставку Грея, производя больше шума, чем нужно, не обращая внимания на работу Грея и его режим сна.
Грей переоделся в форму. Вернувшись в гостиную, обнаружил Эйвери на том же месте. Он так и не сдвинулся. Кроме игры в приставку и обязательных по решению суда общественных работ, Эйвери абсолютно ничем не занимался. Он проводил весь день на диване или в постели, в наушниках, не отрывая глаз от телефона.
Этот чертов телефон. Вот что действительно раздражало Грея.
Конечно, сам по себе телефон был всего лишь бессмысленной, удобной частью технологии. Именно то, что Эйвери пользовался им, сводило Грея с ума. Целыми днями, каждый день, он читал социальные сети. Его любимыми были Твиттер и Тамблер
