— Хватит сопротивляться, выходи из него. Стряхнуть пепел у тебя не получится.
Тёмный дух сделал ещё несколько бесплотных попыток и сдался.
— Я знал, что ты мне всё испортишь! — гневно прокричал он, вырвавшись.
— Зачем начинал, если знал, что не выйдет? — иронично спросила я.
— Ты мне ничего не сможешь сделать! Я тебе не по зубам!
— Правда? — я выудила из сумки Роналис. — Смотри-ка, что у меня есть!
— Верховная? Здесь?! — лицо молодого мужчины исказилось в неверии.
— Н-да, я умею удивлять даже саму себя! — я положила книгу на скамью и уселась рядом, разглядывая тёмного призрака. — А теперь рассказывай свои планы во всех гнусных подробностях.
— Ты не используешь книжку! — он гнусаво улыбнулся. — Ты боишься… боишься её ничуть не меньше, чем меня, а может, даже больше!
— Я сказала, рассказывай! — Тёмный рассмеялся, громко, запрокинув голову.
— И что ты мне сделаешь? Корень вечной скорби — это, конечно, интересно, но это твой максимум.
— Тогда к чему скрывать свои намерения? Я всё равно бессильна перед тобой.
— Ты права!
— Первый вопрос. Почему ты выбрал парня? До этого ты играл только девушками.
— Мои крошки проболтались? Я обещаю, они будут наказаны!
— Не уходи от ответа!
— О-о-о, это интересная история!
— Так излагай! — подалась вперёд, потребовала я.
— Я давно играю людьми. Девушки наскучили…
— Лжёшь!
— Помнится, я играл одним мужчиной, заставил захотеть женщину его друга. Тогда мы играли вместе с Роналисом.
— Влас… — прошептала я.
— Он выиграл, но на этот раз выиграю я, благодаря твоему страху!
— Не отвлекайся!
— Знаешь, кого легче всего сломить? Тех, кто боится сломать жизнь своим любимым…
Он продолжал говорить, а я поняла, что единственный выход — это использовать Роналис.
Я бессильно опустилась на пол, спряталась за стол и тихонько зарыдала.
— За что? За что? За что?! — повторяла я, ударяя кулаками о стол.
Мой ужас, как никогда, приблизился ко мне. Причём сделал это так, чтобы прыгнула я в него самостоятельно.
Сейчас о семье я вспомнила мельком. И страдала из-за Виктора. Я люблю его, у меня душа горит просто от мысли, что он будет далеко. Люблю его угрюмость и спонтанные всплески радости, люблю его вдумчивость и синие глаза.
Слёзы текли ручьём, хотелось кричать от боли, биться о стену. Делать хоть что-нибудь, но не принимать это решение, которое уже принято. Осталось лишь признаться самой себе. Заставить себя поступить так, как обязана, как велит долг…
После получаса самотерзаний я поднялась, взяла Роналис и с яростью обречённого порезала ладонь. Приложила её к обложке.
— Принимаю! — сказала я после того, как Роналис принял мою кровь.
— Спасибо! — раздался сдвоенный голос женщины и Власа.
«Мой новый спутник, рад тебе!»
Прозвучал у меня в голове бархатный мужской голос.
— Ненавижу тебя! — не без ярости сказала я.
«Все так говорят. Ты меня накормишь?»
— Вон, жри! — кивнула я на тёмного.
«Неумеха что ли? Открой меня и прочти всё, как полагается! Я тебе не пылесос!»
— Что ещё за пылесос?
«Я голоден!»
Я фыркнула и открыла фолиант.
— Это?
«Да».
— Опомнись! Ты ведь такая, как я! Тебе это не нужно! — испуганно кричал тёмный.
— Поздно, — ответила я и начала читать. — Пошёл прочь в застенки света, где будешь ты страдать от своей же грязи, которую впустил. Роналис, я позволяю тебе заточить тёмного, наславшего на этот мир несчастье.
«Кушать», — проревел он счастливо. Так детишки кричат «десерт», когда мама несёт к ним тортик.
Роналис засветился, и тонкая струйка жидкого света потянулась к тёмному. Она преодолела препятствие в виде пепла и обвила тёмного за ноги. Аркан стянулся, и тёмный исчез вместе со струйкой.
«Готово».
— Молодец, но я всё равно ненавижу тебя.
«За то, что я твоего любимого чуть не съел? Ну ты пойми, не люблю я, когда меня трогают чужие лапы, да и голоден я был… Ты мне сразу понравилась, но голод — не тётка. Так бы честно не жалил тебя. Мне совестно».
— Только из-за этого?
«Ты про моего прошлого партнёра? Она предатель, так ей и надо!»
— А если я останусь с Виктором?
«Попробуй», — прозвучал угрожающий голос с нотками гнева.
— Ты остаёшься здесь! — безапелляционно заявила я. Ненавижу, когда мне угрожают.
«То есть как? Я должен быть с тобой!»
— Ты сыт, подмывать тебя не надо, выспался. Потерпишь!
— То есть как нельзя! Что она с ним делает? — раздался звенящий голос Афины. Она боролась с братом за вход.
— Что там происходит? — вяло спросил Иван.
— Действительно, что происходит? — сказала я, и брат с сестрой замерли.
— Что с Иваном?!
— Со мной всё хорошо! Правда, измазан в какой-то гадости! — брезгливо отряхиваясь, сказал он, сидя на стуле. — Сидел тихо, слушал, как Милана с книгой говорит. Занятное зрелище, надо сказать.
— Афина, что ты творишь?! — сказал лорд. Его сестра вырвалась из захвата и бросилась к парнишке.
— С тобой всё в порядке?
— Да! — он встал. — Прости меня за те унизительные предложения, я… это ужасно!
— Что за предложения?! — железно проговорил лорд.
— Виктор, подожди, — сказала я, и сама не поняла, что обратилась к нему по имени. Он посмотрел на меня такими глазами…
«Ты моя», — прошипел Роналис.
— Я и не злилась никогда. Просто я… не могла.