Провернув кусок руки в ране, я вогнал кость поглубже, так, чтобы она держалась даже без моего участия, ощутив прошедшую по всему телу преподобного судорогу боли. Затем, пробив уже раз опробованным движением ему грудь рукой и вытащил, уже сжимающую истекающий кровью кусок ливера. И наконец, глядя в полные уже даже не паники, а самого настоящего ужаса глаза младшего паладина церкви Великого Палема, преподобного отца Стиона, впился зубами в его сердце.
Маны в нём было куда больше, чем в убитом до того ледяном маге. Однако куда бо́льший кайф принёс мне именно страх в его затухающих глазах. Пожалуй, это чувство тоже войдёт в список моих личных наркотиков.
Получив из сердца максимум маны и поднявшись от тела, я осмотрелся по сторонам. Слева, чуть выше по склону, громыхали выстрелы и слышались взрыкивания поглотителей — там продолжал рваться через войска имперцев отряд Эллисы.
А вот впереди, ниже по склону, всё было тихо. Если там и были противники, пробиться сквозь них мне теперь не составит большого труда. Если я собирался уходить один — сейчас была наилучшая возможность.
Однако, опустив взгляд на искажённое мукой лицо преподобного, я покачал головой. Мне невероятно повезло выбраться из-под его контроля. Шансы на то, что придуманный на основе простых домыслов метод сработает… я даже не мог представить, насколько они были малы. Я слишком мало знал об этом мире, и Эллиса пока что была лучшей возможностью узнать больше.
Но врываться в толпу и начать убивать направо и налево всё-таки не стоило. Пока что о моих силах из отряда Эллисы знали только она сама и её помощники. Простые бойцы, хоть наверняка заметили, что ко мне относятся по-особенному, и что я действую далеко не так, как стоило бы ожидать от обычного человека, ничего конкретного не видели.
И лучше бы так и оставалось. А значит показываться им на глаза и было не лучшим решением. К счастью, помочь отряду успешно прорваться сквозь ряды имперцев можно было и другими способами.
Следующие минут десять я занимался тем, что носился вокруг постепенно редеющей прорывной группы и под прикрытием тумана приканчивал бойцов империи. Сейчас мои силы уже значительно превышали возможности того же Накса, так что рядовые воины и обычные поглотители уже не представляли вообще никакой угрозы.
Первые эволюции, особенно с учётом очень разных внешностей и стилей боя, могли доставить определённые проблемы. Но всё равно они уже были почти не опасны, если я сохранял бдительность.
Больше всего времени отнимали одарённые. Но не потому, что расправляться с ними было тяжко. Налетая из тумана на огромной скорости и вырубая физически вполне обычных магов, я даже не потел. Однако питьё крови или поедание сердец уже занимало как минимум полминуты, а то и больше — отсюда и долгая возня.
Однако, вне зависимости ни от чего, с каждой смертью имперского воина давление на отряд Эллисы становилось меньше и продвигаться вперёд им становилось проще. Да и сами имперцы, всё-таки осознавшие, что их методично устраняет некий невидимый диверсант, в какой-то момент прекратили активно препятствовать прорывной группе.
В итоге, где-то минут через пятнадцать после смерти преподобного отряд, уменьшившийся с девяноста человек до всего лишь двадцати трёх, успешно оставил позади последних имперцев и ускоренным шагом двинулся вниз по склону. А вскоре окутывавший группу туман начал быстро растворяться и минуты за полторы последняя дымка испарилась в ничто.
У меня были мысли остаться и добить оставшихся имперцев. Но, несмотря на нечеловеческую силу и пожранные в больших количествах “сердца” и ману, подобный темп боя меня изрядно вымотал. Мышцы уже начинало сковывать, во всём теле ощущалась тяжесть, пальцы отказывались нормально сжиматься в кулаки.
Шансы на то, что я просто свалюсь посреди имперского лагеря, не успев добить всех, были очень велики. А потому я всё-таки решил, что на сегодня с меня хватит. Догнав отряд и проигнорировав порцию недовольных взглядов в контексте: “Где тебя носило, пока мы тут умирали?”, - я растолкал толпу и подошёл к Эллисе.
Девушка, продержавшая свой туман где-то минут на двадцать дольше, чем предполагала изначально, была белой как мел, её лоб был покрыт крупными каплями пота, она едва могла стоять, опираясь на руку Эрика. Однако она была жива и, кажется, даже особо не пострадала. И это было главным. Выжил также и Накс, правда его изрядно потрепало: правую руку погрызли поглотители, на животе расплывалось кровавое пятно от выстрела, а левая нога волочилась после удара боевого топора.
А вот Офалия и ещё один маг отряда погибли. Ну и хорошо, меньше будет людей, знающих обо мне. Убедившись, что с Эллисой всё в порядке и мои старания не пропали зря, я уже собирался развернуться и выйти из небольшой толпы бойцов. Но тут вдруг со спины раздался слабый голос девушки.
— Тим! — я обернулся. — Мы можем поговорить наедине?
— А подождать это не может?
— Мне бы не хотелось оттягивать этот разговор.
— Ладно, — кивнул я.
После чего подошёл и, обхватив девушку за талию, поднял её и повёл в сторонку.
