Мой снаряд долетел до ноги исполина и взорвался дивным цветком изо льда. Элементаль повернул голову в мою сторону, одним движением стряхивая лед, и пошел ко мне, забыв о здоровяке. Я выдохнул.
На следующем шаге элементаль неловко дернулся — лед частично остался в сочленениях ноги, и мешал течению ци, отчего голем хуже управлял своей конечностью.
Мне стало кристально ясно, что нужно делать — иного шанса выжить не оставалось.
— Аркус, тащи плиту! — я громко крикнул усачу, целясь вторым камнем в плечо элементалю.
Ледяной цветок расцвел теперь и на плече, отчего голем стал медленнее двигаться, пытаясь вернуть управление своим телом в полной мере.
Я приближался к нему спокойным шагом, поигрывая клыком. Как там говорил седой воин? Бой — это поток? Кажется, я начинал понимать, что это такое.
Великан замахнулся, чтобы вбить меня в землю, как букашку. Но в момент удара меня там уже не было. Он пнул ногой, а я, слегка отшагнув и повернув корпус, пропустил его удар мимо.
Я был будто в трансе и не реагировал на его удары — я реагировал на него целиком. Он только начинает замахиваться — а я уже понимаю, куда он может ударить. И оказываюсь там, куда он ударить не может. Я был в потоке, на шаг впереди этого каменного исполина.
Когда Аркус с щитом из песчаника был рядом, я скомандовал:
— Он сейчас ударит, и камни в груди разойдутся! Вставляй щит поперек, чтобы он не мог закрыть свое ядро!
Аркус сделал все, как я сказал — великан попробовал спрятать свое ядро, но грудные плиты ударились о плиту из песчаника, и все пространство вокруг заволокла пыль. Эта ужасная пыль снова забивалась в рот, нос, заставляя чихать — да еще и в этот раз пыли было гораздо больше.
Я по памяти, и видя смутные очертания элементаля, сделал прыжок, потом еще один и оказался на плите из песчаника. Ядро элементаля, больше похожее на кристалл, было прямо передо мной. Я схватил его руками и попробовал выдернуть — но элементаль лишь заорал, и все затряслось. Я всем телом ощущал, что элементаль начинает замахиваться, чтобы добить меня.
Понимая, что иного варианта нет, сдернул с шеи клык и с размаху воткнул его в кристалл, прошивая насквозь. Тело прострелило волной удовольствия от клыка, и он начал жадно поглощать ци, отправляя всю энергию в мое тело.
Или не всю?.. Я чувствовал, клык стал чуть больше и тяжелее. Каждый раз, когда я впитывал энергию, он немного оставлял себе. Запасливый какой.
Великан застыл, а когда кристалл разрушился — рассыпался грудой камней, обдавая все новой волной пыли. Тьфу.
— А-а-апчхи!
Когда пыль развеялась, картина была довольно эпичная. Аркус, сидящий в стороне и чихающий, Чоулинь, который пытался встать и громко ругался.
И я, гордо сидящий на куче валунов, покрытый толстым слоем пыли.
В первый раз я был благодарен Хаггарду за этот артефакт — благодаря пыли мои товарищи не увидели, что я сделал с ядром монстра. Конечно, они могли догадываться, но точного знания у них не было.
Судя по тому, сколько энергии плескалось в моём «втором» зерне, элементаль был третьего ранга. Да и второй вряд ли бы смог нам так навалять…
Отряхнувшись от пыли, я убрал пару камней — хотел достать плиту из песчаника, но, видимо, она не выдержала последнего удара и превратилась в пыль.
Подойдя к Чоулиню, помог ему встать — он не мог наступать на левую ногу, видимо, подвернул или сломал её. Да-а-а… Он-то пилюлю укрепления тела не принимал. Ну ничего, скоро исправим.
Выглядело это немного смешно — из-за разницы в росте и размерах могло показаться, что Чоулинь опирается на большую трость. Ну как большую — до груди. Спасибо, конечно, Аркусу за такое сравнение, но пусть теперь не обижается, если я его случайно как-нибудь пну.
Мы медленно шли вглубь ущелья, издалека осматривая каждый камень и куст, проверяя, не элементаль ли это. Периодически в отвесных стенах скал и земле встречались норы, вырытые магмовыми кротами.
Когда повернули за поворот, наткнулись на круглую полянку, окружённую скалами, со входом и выходом. При нашем появлении начали подниматься два небольших элементаля — ростом с Аркуса. Повыше меня, поменьше Чоулиня.
Аркус, как самый целый из нас, наполнил тело молнией и одним мощным рывком пробил грудь правому элементалю, ударом ноги опрокинул второго и тут же добил, разрушив клинком кристалл в центре груди. У этих элементалей не было защитных пластин, и это вышло у Аркуса довольно легко.
Пройдя через поляну до выхода, мы ощутили, что давление ци резко усилилось, и остановились. Дальше шёл новый поворот, и оттуда исходило лёгкое, но явственное ощущение опасности.
— Ладно, это место подходит, — проговорил я, отпуская Чоулиня, и тот, потеряв опору, свалился мешком, ругая меня на чём свет стоит.
— Я у входа посторожу, — буркнул Аркус, верно истолковав мой выразительный взгляд.
Я присел к Чоулиню и заглянул ему в глаза:
— Соберись, друг. Настройся. Начинай отжиматься, прыгать на одной ноге — делай что угодно, но помогай своему телу разгонять ци. Впитывай силу стихии, сколько сможешь, а потом усваивай. У нас один шанс.
